Ведана. Проклятый дар

Пока мама суетливо убирала со стола остатки завтрака, я думала с чего начать. Не знаю, что заставило дядю Сашу взяться за расследование – на самом деле поверил в вещие сны или надеялся убедиться в обратном. Это было не важно. Осознание, что я больше не одна в своем кошмаре, затопило волной облегчения и благодарности. Глаза снова защипало, но я заставила себя успокоиться и сморгнула непрошеные слезы. Мама поставила передо мной стакан с водой, погладила по голове. С благодарностью посмотрела на моложавую, удивительно добрую женщину, и выдавила из себя хриплое:

– Спасибо.

Спасибо вам.

Дядя Саша подозрительно часто заморгал, прокашлялся и сказал:

– Для начала расскажи о своей подруге.

– Марусе было десять лет, она пропала 23 сентября 2004.

– Полное имя и дата рождения, Ведана, – перебил меня отчим.

– Соколова Мария Викторовна, – мама ответила раньше меня.

Четкими фразами она бодро отрапортовала сведения о Марусе и ее родителях. Да, видимо жизнь с майором полиции оставила ощутимый след в характере мамы.

Я смущенно добавила:

– Она приснилась за четыре дня до пропажи, значит, погибла 30 сентября. В свой день рождения.

Отчим бросил на меня недоверчивый взгляд, тем не менее, сделал пометку в блокноте.

– Крис приснилась сегодня ночью, – осторожно продолжила я – Если предположить, что действует один и тот же убийца, то через три – четыре дня ее тоже похитят.

– Я помню дело Соколовой. Его вел опытный следователь, но никаких зацепок не нашли. Сегодня свяжусь с ним.

Расскажи подробно о месте преступления, – попросил дядя Саша.

Я понимала, как ему тяжело переступить через свой скептицизм. Насколько могла подробно описала свой последний сон – круглую кирпичную комнату, алтарь обвитый волосами, пропитанными запекшейся кровью. Потом взяла блокнот отчима и попыталась нарисовать знак, который был вырезан на запястьях обеих девочек. Старательно выводила круги, треугольник внутри одним углом пронзающий первый круг и соприкасающийся с другим.

С замысловатыми узорами в каждом секторе между геометрическими фигурами возникли трудности. Как ни странно, в память они врезались очень четко, но с моим скудным талантом к живописи перевести их на бумагу оказалось крайне сложно.

– Вот, – через стол передала плод своего творчества дяде Саше – думаю, на компьютере я смогу создать его более четко и аккуратно.

– Жуть какая, – прокомментировала мама, заглянув в блокнот через плечо мужа.

– Ладно.