Я тебя расколдую

Учитывая принадлежность к одному из сильнейших магических кланов, тебе должно быть стыдно.

Ну кто бы сомневался! Какой он все-таки зануда! Он вообще сам помнит, каково это – быть студентом? Вот кто в эти годы думает об учебе, кроме таких ботаников, как его братец? В конце концов, вокруг столько веселья и хорошеньких, нередко услужливых девушек.

Словно отзываясь на его мысли о женском поле, рога заныли, намекая, что не со всеми девушками стоит связываться. И кто бы только подумал, что милашка Касси преподнесет такой сюрприз? Самое обидное, ни за что.

Он даже не успел затащить ведьмочку в постель, обхаживая ее уже длительное время. Ну и характер!

– Ты меня вообще слушаешь? – слегка повысил голос Рейстлин. – И где твои манеры, Ларс? Забыл, что в помещении шляпу необходимо снимать?

Он взрослый, разумный, уверенный в себе мужчина… Который съежился от вопроса. Ларс не представлял реакцию брата, если тот сейчас потребует снять цилиндр.

Просто потому что под цилиндром…

– Аларис! – голос брата прозвучал, как удар хлыстом. Зажмурив глаза и мгновение помедлив, Ларс расстался с головным убором.

– ЭТО ЧТО?!

***

Удивить Рейстлина Кинстера, занимающего высокую должность в Министерстве магии и институте при оном, было нелегко. За десять лет службы он успел повидать многое. Вот только, как оказалось, нелегко – не значит невозможно. Рейст прищурился, стараясь разглядеть представшее перед ним зрелище.

Его младший брат с зажмуренными глазами и перекошенным лицом сидел с таким видом, будто Рейстлин сейчас достанет ремень и начнет пороть этого великовозрастного детину. Чернокнижник невольно усмехнулся: можно подумать, он когда-нибудь это делал. Да и нотации читал большей частью чисто ради профилактики: молодой у него брат, глупый, еще вляпается в какую-нибудь ерунду. Чисто в силу возраста. Хотя почему если?

Рейстлин внимательно вгляделся в темноволосую макушку Ларса, из которой ярким, радужным пятном выползали ярко-розовые козлиные рожки.

Такие радостные, что в первый момент Рейсту даже показалось, что у него галлюцинации. Он даже привстал, чтобы получше разглядеть это невиданное чудо. И откуда-то из глубины души (не иначе) вырвалось пораженное:

– ЭТО ЧТО?!

Чернокнижнику одновременно хотелось и взвыть, и схватиться за сердце.