Ты играешь с огнем

Потом со вздохом спросила:

– Илона?

Егор кивнул. Он уже как-то подзабыл, что сестра в курсе его помешательства на девушке приятеля. А Крис аккуратно спросила:

– Ты уверен, что он ей изменяет? Или хочешь быть в этом уверен?

Хороший вопрос, ничего не скажешь. Лаиров-старший на секунду призадумался. Хотел ли он быть в этом уверенным?

Вопрос был сложным, спорным, вот только ответ на него был один. И Егор не замедлил его озвучить под пристальным взглядом сестры:

– Нет, я не хочу быть в этом уверенным, если ты про то, что я цепляюсь за любую возможность расстроить их отношения.

Скажем так – я буду только рад, если они расстанутся. Однако при этом мне бы не хотелось, чтобы Илона испытала боль.

– Очень интересно, – пробормотала больше себе под нос Крис, явно сделав для себя какие-то выводы. После чего потребовала. – Выкладывай, что ты там узнал, отчего на еду смотреть не хочешь.

И Егор действительно рассказал ей все – спокойно и обстоятельно, начиная с подслушанного разговора и заканчивая его посиделками у подъезда.

Крис не перебивала, внимательно все слушала и даже почти не морщилась, когда брат, забывшись, награждал соперника не слишком лестными эпитетами.

– Вот я и думаю – а хочет ли она сама знать такую информацию? Готова ли она ее услышать? – закончил он свой монолог насущным вопросом. Крис с ответом не медлила ни секунды:

– Я бы хотела. Это не та информация, которую стоит скрывать. Иначе она может совершить громадную ошибку. А так… Пусть она сама решает, готова ли она и дальше жить с изменщиком.

Вопрос в другом. Ты сам готов озвучить ей эту информацию? И встретить любую ее реакцию?

Вопрос не в бровь, а в глаз. Егор никогда не считал себя трусом, однако озвучить близкой тебе девушке в лицо, что ей изменяют… Даже если упустить тот факт, как он к ней относится и считать ее просто другом. Язык не поворачивался. Но и молчать тоже нельзя.

– Я буду ассоциироваться у любимой девушки с новостью об изменах. Просто потрясающе, – скривился он.

 – А еще, если я начну что-то предпринимать, пытаться ее завоевать, мои действия будут подвергать сомнению эту самую новость. Вдруг я просто хочу очернить соперника?

– Господи, и когда ты только успел стать таким знатоком женских душ? – фыркнула Кристина и, вскочив со стула, прошлась по помещению, остановилась у окна. Ей было жаль Илону, до безумия хотелось раскрыть ей глаза, показать всю изнанку их отношений. А еще очень хотелось счастья для брата.