Тайна древнего саркофага

***

Утро понедельника началось с разношерстной, галдящей толпы, ввалившейся в главный вход музея. Киношники деловито таскали осветительные приборы, стойки с микрофонами, и бог знает что еще. Несведущей в подобных вопросах Насте казалось, что музей атаковала эскадра инопланетян, опутавших египетский зал километрами проводов. В помещении сразу стало жарко и вредная Машка, поскандалила с режиссером, в деталях описывая последствия перегрева «исторических ценностей». Сцена была еще та.

– Да вы отдаете себе отчет, – визжала Машка.

 – Этим предметам нет цены, они портятся от любого прикосновения, от каждого вздоха в их сторону. Здесь необходимо поддерживать специальный температурный режима.

– Что может случиться с куском булыжника, пусть и выдолбленного изнутри? – пожимая плечами отвечал импозантный мужчина средних лет.

– Как это что? – не унималась экскурсовод. – Он может расколоться от перепада температур.

– Да, да, – отмахнулся от неё тот, а затем рявкнул в глубину зала. – Ну куда ты ставишь? Неужели не видно? Вот здесь ставь, вечно тебе нужно крестиком место помечать! Где мой стул? И куда наконец подевалась наша прима?

– А наша прима, – доверительно сообщила Агата, подавая режиссеру бутылку воды.

 – Битый част торчит у себя в гримерке, и, я бы даже сказала очень приятно проводит время с очередным статистом.

– Агата, ну что ты несешь! – глаза Макса начали наливаться кровью от бешенства. – Какой статист? Какая гримерка? Где Элла?

– Ну вот чего ты опять кричишь?

Актриса вплыла в зал, покачивая бедрами.

За ней неотступно следовал высокий накачанный парень из массовки, уже облаченный в наряд слуги. Элла втиснулась между Агатой и Максом.

– Мы репетировали сцену, – она надула губки. – Он же должен будет меня подхватить возле гроба, а ты же знаешь, как я боюсь быть «не пойманной» вовремя. Упаду на каменный пол, расшибу голову и привет семье горячий, вместо трупа понарошку, будете реальные похороны снимать.

– Тебе там самое место! – послышался от двери злой женский голос.

– Тебя сюда кто впустил? – Элла резко обернулась на голос. – Пошла вон! Ты больше никто! Макс скажи ей. Пусть уходить.

– Это я должна уйти? – задохнулась женщина, сделала знак спутнику, катившему её на коляске. – Ах ты змея! Из-за тебя я сломала ногу! Это ведь ты подстроила аварию! Заняла мое место и думаешь ты теперь прима! Макс скажи ей!

– Ах так! – Элла в сердцах топнула ногой, оборачиваясь к режиссёру. – Выбирай или я или она.