Несколько эпизодов из жизни людей и демонов

Булыжник почему-то привлёк моё особое внимание. То ли своей неуместностью в жилище учёного человека… То ли напомнил о чём-то… Прихотливостью изгибов и выщербин своей поверхности он располагал досужего наблюдателя к философическим размышлениям о смысле бытия.

Огня в камине, естественно, не было, ибо никто не потрудился заняться его разведением. Среди углей тускло отсвечивал металлическим боком небольшой тигель, установленный на треножнике. (Для тех, кто никогда не увлекался ни алхимией, ни тяжёлой промышленностью, поясню: тигель – это такая посудина конической формы, сужающаяся книзу, с толстыми стенками, предназначенная для расплавления тугоплавких веществ.

Все уважающие себя алхимики и чернокнижники пытаются в тиглях переплавлять свинец в золото. Для тех, кто знаком с законами физики, совершенно очевидно, что такое превращение невозможно без ядерного синтеза. А для организации полноценного ядерного синтеза огня и тигля, как правило, маловато. Нужен ещё хотя бы философский камень…).

Из любопытства я подошла поближе к камину и заглянула внутрь, чтобы узнать, что за варево готовил мой колдун.

На дне тигля, сквозь слой копоти, поблескивал свеженький слиток золота.

– Испачкаешься, – предупредил Фламмель. – Там копоти полно. Давно не чистил.

– Ты зачем золото в камине держишь? – только и смогла спросить я. В памяти всплыли недавние визиты к ювелирам. Поди, уже волосы на себе рвут с горя, бедолаги…

– А что? – невинно поинтересовался хозяин дома.

– Украдут же!

– Ерунда, – отмахнулся Фламмель.

– Ну, как знаешь, – я вернулась к столу и расположилась на одном из стульев. Стул был жёсткий.

– Кофе хочешь? – смилостивился хозяин.

– Спрашиваешь! Кстати, где взял?

– Мне из Турции привозят. Знакомые, с оказией.

– Что-то я больше ни у кого здесь, в городе, его не видела.

– А его здесь не пьют. Не принято как-то… Может, возить дорого… Да и вкус – на любителя.

Разговор возобновился, когда Фламмель пододвинул мне чашечку с ароматной чёрной жидкостью.

– У тебя, кажется, дело ко мне какое-то было. Срочное, – напомнил он.

– Ах, да, – я так зацепилась мыслями за золото в камине, что почти позабыла о первоначальной цели своего визита.

– Да… – я медлила, не зная, как начать разговор. – Как у вас, людей, принято объясняться в любви? – рубанула я, наконец, с плеча.

– Что??? – Фламмель вскинул брови. – Зачем тебе это?

Я ждала такого вопроса. И не могла дать на него вразумительный ответ.