Несколько эпизодов из жизни людей и демонов

Глубоко посаженные глаза смотрят умно, проницательно. Шевелюра – короткая, жёсткая, как щетина – имеет сивый цвет, из-за того, что чёрные волосы перемешались с седыми.

Видимо, я прошла фейс-контроль. Дядя слегка подвинулся.

– Садись, детка. Только не мешай. Если нечего сказать, лучше вообще молчи.

Так я и сидела с ними: молча. Слова не требовались. Физическое тело существенно притупило мою чувствительность, но даже сквозь толстый слой грубой материи я ощущала восхитительный пьянящий аромат накаляющихся эмоций.

Внимание всех собравшихся было сосредоточено на трёх маленьких светло-жёлтых кубиках с чёрными кружочками на гранях. Игральные кости. Вырезаны из какого-то камня – кажется, оникса. Очень правильный выбор материала. Все минералы… они не совсем бездушны. У них совершенно иные взаимоотношения с миром, чем у нас. Но, если очень постараться, с ними можно договориться.

Ставки всё ещё оставались небольшими. Похоже, компания занималась игрой не с целью обогащения, а просто из любви к искусству.

Их было четверо. Мой сосед по скамье оказался самым старшим – и по возрасту, и по положению. Напротив расположились двое: долговязый прыщавый юноша и толстый обрюзгший мужичок средних лет. У торца стола, слева, сидел смуглый черноусый франт, пожиратель женских сердец. Когда он отвесил мне дежурную улыбку, у меня сложилось впечатление, что флирт с дамами для него больше похож на каждодневную рутинную работу, а сейчас он – на отдыхе.

– Можно, я тоже сделаю ставку? – звонко выпалила я.

– А мамка с папкой не заругаются? – скептически усмехнулся старший.

– Нету у меня мамки с папкой, – сообщила я. (Абсолютно честно. Ибо какие у демона могут быть мамка с папкой?).

– А-а, сирота, – понимающе кивнул квадратный дядя. – Ну, валяй, дерзай, дщерь.

Я вытряхнула из кошелька мелочь. Сумма вышла жалкая, меньше того, что ставили на кон остальные.

– У меня не хватает, – жалобно протянула я.

– Ничего, сойдёт, – подбодрил дядя. – Для начала.

…Естественно, я проиграла. И постаралась состроить самую огорченную мину из всех возможных.

– Отыграться хочешь? – понимающе ухмыльнулся прыщавый юноша.

– Хочу. Но у меня больше ничего нет!

– Так и вали отсюда, – пробурчал толстый. – Если ничего нет, то нечего и соваться.

– А кое-что есть, – многозначительно протянул мой сосед по скамье. Его хрипловатый низкий голос звучал спокойно и властно. Его глаза скосились в моё декольте. Мощная, как лопата, кисть потянулась к моей хрупкой шейке.