Двойной мир. Орбитальная сага

Они занимаются тем, что помогают сиротам, как правило, страдающим какими-либо заболеваниями, вылечиться, начать новую жизнь и занять достойное место в обществе. Утверждают, что берут подопечных из детских домов. Как ты знаешь, для многих из нас поиск пропавших отпрысков болезненная тема. Родственники исчезнувших детей пытались связаться с этой организацией, но так ничего и не добились. Они очень закрытые. Те, кто оттуда выпускается, очень неохотно идет на контакт и, по слухам, поступают на какую-то секретную работу в правительство.

В общем, твоя мама предположила, что Терри вполне могла туда попасть. Мы пытались обратиться в полицию, но они только отмахивались, утверждая, что «Рассвет» – уважаемая организация, которая не стала бы удерживать детей вдали от родителей, что они занимаются исключительно сиротами.

– Бред, – пробурчал Энрико.

– Элеонора тоже так считала. Но никто из официальных работников правопорядка не хотел ее слушать. Тогда она наняла детектива. Ты знаешь, что на Огюсте они вне закона, так что она очень рисковала, занимаясь таким.

И вот что ему удалось раскопать: большинство детей, которые учились в «Рассвете», не были сиротами. Родители у них были. Просто они сами не хотели иметь с ними дело.

– Что? – возмутился Энрико.

– Детектив каким-то образом проник в организацию, и устроился там на работу. Хоть дети шли на контакт неохотно, он поговорил с некоторыми из них, и узнал, что они почти все ушли из дома. С детьми такое бывает, но очень редко, потому что их, как правило, тут же ловят, но у тех, кто оказался в «Рассвете», не было…

– Не было «Рекса» в тот момент, когда они ушли, – закончил Энрико.

 – Совсем как у Терри.

– Но неужели таких детей столь много, чтобы они заполнили всю эту школу? – недоуменно спросила Софья.

– Ты удивишься, насколько часто «Рекса» приходится извлекать по тем или иным причинам, – вздохнула Торберта. – А еще иногда умные дети делают это специально, чтобы насолить родителям.

– Значит, Терри сейчас в «Рассвете»? – с надеждой спросил Энрико.

– Разумеется, нет, – возразила Торберта. – Там обучают детей только до восемнадцати лет, а твоя сестра, если она жива, давно уже взрослая девушка. Но не исключено, что она была одной из учениц.

– Это только догадки, – скептически протянула Софья. – Доказательства у тебя есть?

– Доказательства были у детектива. Но…

– Что – «но»? – нетерпеливо произнес Энрико.

– Он умер. Вместе с твоей матерью. Во время того протеста.