Время собирать камни

Но своим неожиданным признанием он нарушил ее равновесие, словно вступил в ту зону личного пространства, которую она не хотела пока открывать. Это было глупо, если учесть, что она делила с этим мужчиной постель, и они были так близки, как только могли быть любовники и друзья одновременно.

Татьяне показалось, что прошла вечность с того момента, как Дмитрий произнес эти три слова, но на самом деле она замешкалась на несколько секунд. Но даже в эти секунды она успела увидеть, как Дмитрий пожалел, о поспешно произнесенном признании.

И не потому что был не искренен. А потому что понял, что поторопился.

– Не надо, – сказал Дмитрий, продолжая с нежностью смотреть на нее. – Не смотри так на меня, Танюш. Я сказал это, потому что хочу, чтобы ты знала. Вот и все. Мне захотелось это сказать, и я это сделал. Это не значит, что я жду от тебя того же.

Мужчина встал, провел рукой по темным, чуть длинноватым волосам, а потом подошел к ней и забрал стакан с соком из ее судорожно сжатых пальцев. Помог ей подняться и успокаивающе погладил ладонью по спине.

От мысленного сравнения себя с кошкой, Татьяна улыбнулась. Увидев ее улыбку, мужчина немного расслабился.

– Все хорошо. Теперь ты знаешь, но это ничего не меняет. Все по-прежнему, ты можешь не волноваться. Скоро объявят посадку, и я полечу проводить время со своей немного сумасшедшей дочерью. Я каждый день буду тебе звонить, и ждать, когда ты присоединишься к нам. А когда мы увидимся, ты уже будешь свободной женщиной.

Но ты не впадай в панику, моя хорошая. Я не собираюсь хватать тебя и тащить в ЗАГС. – и опять он не дал вымолвить ни слова, приложив указательный палец к ее губам, и лукаво подмигнул. – Подожду, когда высохнет печать.

Она сердито дернулась из его объятий, на деле вовсе не сердясь, и у нее отлегло от сердца, когда Дмитрий засмеялся. И потом, через десять минут, поцеловавшись на прощание, она обняла его, с несвойственным для нее, пылом. И поцелуи ее были чуть горячее, чем обычно. Где-то в душе, она понимала, что пытается загладить вину перед Дмитрием, но предпочитала думать, что просто не хочет с ним расставаться.

И только вновь очутившись в салоне своего автомобиля, наконец-то, выпила сразу две таблетки обезболивающего, потому что голова ее словно раскалывалась надвое. Опустил голову на сложенные на руле руки, Татьяна несколько минут пыталась справиться с болью. Она не хотела трогаться с места, пока таблетки хоть немного не подействуют.