Карающая длань законотворца – 1

Если сейчас продолжу требовать зрелища, то останусь без сладкого на ужин и сказки от Миэлы на ночь. Нет, конечно, как таковые сказки мне были не нужны. Просто вечер – единственное время, которое нянюшка могла посвящать мне, так как мама занималась братом.

Замолчав, я сделала зарубку в памяти: узнать, что в сундуке, куда его поволок служка, приехавший с хозяйкой, и почему со стороны тренировочного плаца слышалось шипение.

В следующий раз придётся идти одной. Страшно до жути, потому что в личной охране отца были те, кого за глаза называли берсерками.

К слову, антрацитовая стража подчинялась только императору, но недавно нашей семье было выделено несколько человек, из тех, кто только закончил Школу Имперцев. И именно по этой причине мне нужно было как можно скорее попасть на плац.

Потому что тогда, двадцать лет и одну жизнь назад, первыми, кто напал на нас – были именно они. Люди, давшие клятву защищать наш род ценой своих жизней.

Глава 4

Бессмысленное ожидание хоть какого-то знака от Святейшего надоело до зубовного скрежета.

Мой Бог, наставник и главный двигатель партизанского движения исчез. Пропал с концами и больше не появлялся.

По всей видимости ему надоело играть в спасение мира, и он решил как следует отдохнуть. Ну и ладно. Сама справлюсь.

После визита Бертазы прошло уже несколько дней, но я так и не смогла выбраться из дома. По какой-то причине Тира не спускала с меня своих змеиных глаз. Как будто специально ждала подвоха и случая, чтобы расквитаться за непокорность.

Устав сидеть в выделенных для занятий покоях, я решительно встала и подошла к окну. На сей раз матушка оказалась права. Смотреть на это леди было категорически нельзя. Берсерки славились жестокостью, беспощадностью и полным бесчувствием к собственным ранам. Вот и сейчас, двое из отряда сражались насмерть, игнорируя окрики и приказы командира. Сцепились как дворовые шавки за кость, ломая друг другу руки, ноги и остальные кости. Шлемы, которые всегда скрывали их лица, едва держались на перевязи, так как первое, что сделал каждый из них – это ударил противника в лицо, раскалывая защиту надвое.

Когда я подошла к окну, битва уже заканчивалась. Хватило одного удара в грудь и двух по ногам, чтобы одного из берсерков свалило с ног и вырвало кровью.

Увидев поражение, командир махнул рукой и отвернулся. Поверженного за руки и за ноги оттащили к конюшне и бросили лицом в корыто с водой.

Никто к нему не подошёл, никто не вызвал лекаря.