Рассмешить богов

 – Король поудобнее устроился в кресле и приступил к объяснениям. – Итак, первый вариант – переселенец был в очень тяжелом состоянии и почти сразу скончался. Второй вариант – он вполне сносно себя чувствовал и смог поговорить с людьми, находившимися в комнате. В результате они либо договорились о чем-либо, либо нет. В первом случае он ушел с ними, во втором в комнате должны были остаться следы конфликта. Собственно, я прошу тебя навести справки именно затем, чтобы проверить, не ушел ли он и в самом деле с ними и не стал ли с ними сотрудничать.

– А зачем?

– Подумай сам.

– Вы имеете в виду, что он рассказал им о вашем мире, стал оказывать магические услуги и все такое?

– Вот именно, Жак. Если бы его, как ты предположил, нашла полиция или же если бы он умер, все было бы ничего. Но если его забрали с собой те господа, которых потом так и не нашли…

– То что?

– Жак, если ты помнишь, это были преступники.

– Ё!..– ахнул Жак. – Я все понял, можете дальше не объяснять. Я выясню все, что возможно.

– Рад, что тебе не нужно разжевывать подробно. Если все понятно, действуй.

– Хорошо, обязательно, – кивнул Жак. – Вам еще что-то нужно или мне уже можно идти?

– На ужин не останешься?

– Да нет, мне надо Терезу встретить. Да и вы, наверное, уже привыкли ужинать с королевой. Наедине, при свечах, все такое…

Король ничего не ответил, но по его улыбке можно было догадаться, что упомянутые ужины с королевой для него действительно являются чем-то большим, нежели просто прием пищи.

Глава 3

Я только попугаю всех до смерти, никто этого даже не заметит.

    А. Линдгрен

Что-то странное творилось последние пару недель и в бизнесе, и в политике. Господин Пуриш чувствовал это тем самым нюхом, который непременно прилагается к Тени и зовется не иначе как воровским. Источником всех странностей почтенный воротила шоу-бизнеса справедливо считал господина Дорса. Ну подумайте сами, господа, разве это не странно: сначала разворачивается откровенная травля столь крупной фигуры, а через некоторое время, словно поколдовал кто, нападки в одночасье прекращаются.

Все дружным хором приносят извинения и каются, как же они могли так нехорошо говорить о таком замечательном господине… Потом люди начинают потихоньку уточнять, чем он так замечателен, постепенно переходя от извинений к откровенным славословиям. Ничего вам не напоминает, господа? Нет? А вот господину Пуришу, который собаку съел на раскрутке бардов, очень и очень напоминает.