Мимо радуги

Мать смотрит свои унылые сериалы для скучающих по романтике теток, а Ксюха врубает свои мульты, и попробуй оторви ее от экрана. Мне же достается телек, лишь когда никого нет дома. И то, как правило, в это время там показывают такую муть, что смотреть невозможно.

Таким образом, литература стала для меня окном в мир развлечений. И как здорово, что ее еще надо изучать в школе! Стоит ли говорить, что я круглая отличница по литературе?

В общем, на уроке я получаю заслуженную пятерку, и мы с Танькой валим из школы аж до понедельника.

Последним уроком сегодня физра, но мы с нее традиционно сбегаем. Впереди незаконченная пятница, суббота и воскресенье – три моих любимых дня!

Глава 2

Новости

«…пацаны, он нарка руками трогал!

– Не гони, я в перчатках был!»

Мы с Танюхой бесцельно слоняемся по Болоту. Из открытых окон обветшалых бараков то и дело доносятся «вечные хиты»: «Городские встречи» и «Аттестат в крови» популярного у местных жителей Наговицына. Из какой-то припаркованной тачки поет знакомые песни Виктор Петлюра.

Встречаем наркомана по прозвищу Хонда, он опять угашенный, зря вылез на свет – если повезет, заберут менты, но, скорее всего, запинает шпана.

Здороваемся с алкашом Французом (его так зовут не из-за принадлежности к Франции, а потому что он кудрявый и похож на Пьера Ришара), видим кое-кого еще из соседей.

Праздные шатания по району вводят меня в состояние легкой меланхолии. Осень, она не спросит… Тут прошло все мое детство, каждая лавочка, каждый подъезд и его дежурный бомж хранят в моей памяти свои истории.

Да, я знаю почти всех жителей Болота, включая представителей бывшей интеллигенции: Француза и Губошлепа, сумасшедшую Инопланетянку и двухметрового Малыша… Не раз мы с друзьями тащили по морозу тяжеленного Малыша в его конуру, утепленную старыми гнилыми шубами, чтобы он не отбросил коньки от холода.

Знаю парней, старше меня лет на пять-десять, которые подсели на героин или, как пацаны говорят, хмурого. Помню их еще здоровыми румяными мальчишками, которые гоняли мяч на пустыре.

А теперь наблюдаю, что с ними стало. Кто-то из них уже отбывает срок, кто-то шкерится от местных, а кто-то уже ширнулся и залипает где-нибудь в подворотне, за остановкой или посреди улицы, как Хонда. В таком состоянии они даже ссутся в штаны. Мерзко и обидно за когда-то нормальных ребят.

Жил у нас один такой – Аркаша, старше меня лет на семь. Всегда был жизнерадостным пацаном, травил анекдоты и вообще любил смех и веселье.