Печать Нострадамуса. Тайна последнего предсказания

Юноша вывел мадемуазель Бланкар к карете. Здесь, растаскивая в стороны тела поверженных разбойников, суетился небольшой отряд королевской стражи. Осмотреться Мадлен не успела. Как только она показалась из-за деревьев, на неё тотчас налетела Селеста. Дрожа и всхлипывая, фрейлина заключила девушку в крепкие объятия, словно они были давними подругами, а то и сёстрами.

– Ты жива, слава небесам! Я думала… думала, что тот негодяй погубит тебя, – задыхаясь, твердила Селеста, забыв о показном приличии.

– Боюсь, так бы и случилось, если бы не подоспела помощь, – произнесла Мадлен, взглянув на гвардейца.

Селеста, словно очнувшись, выпустила девушку из объятий и, пригладив пышные юбки, выпрямилась.

– Вы ведь, кажется, ещё не представлены друг другу, – вспомнила об этикете Селеста.

– Фабьен Триаль – гвардеец из личной охраны его величества короля Генриха, – сухо и серьёзно произнес юноша.

– Мадлен Бланкар… – начала было представляться девушка, но её перебила фрейлина Екатерины.

– …внучка близкого друга Екатерины Медичи, – произнесла Селеста и, заметив недоверчивый взгляд гвардейца, брошенный на неприглядное платье Мадлен, добавила: – Из семьи разорившегося виконта.

– Рад знакомству, мадемуазель, несмотря на то, при каких обстоятельствах оно произошло.

Закончив с любезностями, Фабьен обернулся к Селесте и, недовольно сдвинув брови, заговорил строго и серьезно:

– Чем вы руководствовались, мадемуазель Моро, пустившись в ночное путешествие без охраны?

Смутившись, фрейлина опустила глаза.

– Поездка обещала быть быстрой. Я думала, что мы вернёмся в Тюильри засветло.

– Немыслимая беспечность. В этих лесах опасно и днём, – продолжал негодовать Фабьен. – Две юные девушки и кучер. Как такое возможно? Что с вами было бы, не подоспей мы вовремя?

Слова гвардейца вновь окунули фрейлину в ужасы этой ночи. Селеста напряглась, еле сдерживая вновь подступившие слёзы.

– Месье, ваши нравоучения сейчас ни к чему. Видите, до чего довели мадемуазель Моро ваши слова? – вступилась за фрейлину Мадлен.

Гвардеец перевёл на девушку суровый взгляд, ему не понравилось её замечание. Но он благоразумно промолчал, понимая, через что прошли этой ночью неудачливые путешественницы.

– Я распоряжусь, чтобы мои люди сопроводили вас в Тюильри, – подытожил разговор Фабьен.

Оставив девушек, гвардеец направился к своему отряду. От Мадлен не укрылось, как Селеста проводила Фабьена заворожённым взглядом.