Распутья. Добрые соседи

 – Чем он хуже других?

– Да не хуже он, просто ему это все надо, как его Матрене – хинская грамматика. На женский вопрос он забил прочно и основательно лет пять или шесть назад, чтобы поменьше усложнять себе жизнь… Ну чего ты ухмыляешься, при его работе это и правда только дополнительные сложности создает.

Морриган продолжала ухмыляться, выразительно щурясь при этом, словно довольная кошка.

– То-то, стоит ему на меня взглянуть, у него прямо на лице бывает написано, как я ему безразлична.

– А ты попробуй дождаться, чтобы он это сознательно проявил, – тем же тоном отозвался папа.

– Думаешь, если сама предложу – откажется? – продолжала дразниться почтенная мэтресса.

– От Азиль он сбежал, – подал голос Кантор. – Так что вполне может.

– Другой вопрос, что сбежать от мэтрессы Морриган не так просто, если она того не хочет, – поддакнул папа. – Но речь ведь шла не об этом. Откажется, конечно.

– Азиль для него в первую очередь женщина товарища, потому он и отказался, – фыркнула Морриган.

– Ты – тоже, – пожал плечами папа. – Можешь сколько угодно объяснять, что у вас с Вельмиром давно все кончено, но Витька не слепой и не тупой. Кроме того, это не главная причина. Но я не хочу обсуждать его с кем бы то ни было, так что на этом мы свернем дискуссию и сойдемся на том, что участие в этой конкретной авантюре его величества Витьке просто в тягость. Навязываться дамам противно его натуре, даже если женщина всерьез ему понравится, он охотнее откажется от мысли о взаимности, чем попытается ее добиться.

– Что-то я не заметил, чтобы ее высочеству не нравилось его общество, – не смолчал Кантор. – Вряд ли ему приходится навязываться.

– Важно не то, что есть на самом деле, а как он сам считает, – вздохнул папа. – А он искренне убежден, что недостоин такой женщины, как Морриган или Тина, и даже интереса для них представлять не может. Ну вот перекос у человека в мозгах, и что-то исправить тут можно только естественным путем.

На крыльце в самом деле показался Виктор, с обычной миной, выражающей покорность судьбе и готовность стоически перенести ее очередной неприятный сюрприз. Оглядевшись по сторонам, он заметил их и, поколебавшись пару секунд, подошел.

– Привет.