Поспорить с судьбой

Просто вспомнил, как Гаэтано скандалил, когда ты объявил, что, пока не кончится война, мы все товарищи, никаких титулов и сословий…

– А, это когда он мне сказал, что дождется, пока война кончится, и специально ко мне явится, чтобы я ему поклонился, как всякий простолюдин должен кланяться графу? Помню. Я сам чуть не заржал тогда. Мы потом с Амарго закрылись в штабе и смеялись до истерики, представляя, как перекосит породистую рожу Гаэтано, когда он поймет, кто кому должен кланяться… И он до сих пор на меня за это дуется.

Зато догадываешься, почему он тебя терпел со всеми твоими заскоками и припадками?

– Никогда бы не подумал, – признался Кантор. – Кстати, знаешь, кое в чем Амарго прав. Додумался, где со своей дамой встречаться – во дворце! Не мог в городе хату снять? Если у тебя денег нет, я тебе дам, только не мелькай ты в этом дворце. Изловят ведь моментально.

– Дело не в том. Просто эта комната – единственное место, куда я могу безошибочно телепортироваться.

Как научусь, найду другое место. Если бы Амарго не орал, как ушибленный, я бы ему это толком объяснил.

– Так что ему передать?

– Я подумаю. Как надумаю, что ему сказать, сам приду.

– Здрасте! Он что, должен сидеть здесь, в Ортане, и ждать, пока ты надумаешь?

– Да нет, зачем, я прямо на базу приду.

– А не потеряешься опять?

– Шутишь? Все будет нормально. Спасибо, что ты меня с Мафеем познакомил. Всегда хотел с ним пообщаться.

– Ага, – хихикнул Кантор, – рассказать, как ты в детстве с его матерью целовался и как тебя его дедушка посохом огрел. Познавательно!..

– Все это, конечно, забавно, – вздохнул Пассионарио. – Но вообще-то, если б не весь этот бардак, принцесса Роана была бы моей женой… и, возможно, никакого Мафея на свете и не было. Ты никогда не задумывался, как странно складываются человеческие судьбы и от каких мелочей они порой зависят?

– Неоднократно, – помрачнел Кантор.

 – Я очень часто думаю о том, как бы было здорово, если бы Патриция в детстве умерла от какой-нибудь скарлатины или оспы… Или если бы ее затрахали насмерть какие-нибудь злодеи.

– А где она сейчас?

– Лежит себе в поморском лесу, там, где ее Саэта уложила. Мы ее даже не закапывали, так, снегом присыпали… А ты что, не знал, что это она и была той самой ведьмой? Ну, даешь… Кстати, о человеческих судьбах.