Осколки маминой любви

А потом они задыхаются от нехватки свежего воздуха, вспотевшие падают на холодную землю, и она видит, что рубашка Николая расстегнута, а под ней – едва тронутая легким пушком красивая, загорелая, сильная мужская грудь. Ей хотелось, чтобы хоть кто-нибудь спас её из огня, и теперь в фантазиях появился конкретный, вполне реальный молодой мужчина. Конечно, она понимала, что мечты её – совершенный абсурд: с чего бы это Николаю врываться к ней в баню? Одними размышлениями не добиться желаемого. Когда Евгений вышел из бани, где мылся вместе с братом, Мария под предлогом выйти по нужде, выбралась из дома.

Недолго думая, девушка зашла в баню и, увидев обнаженный стан Николая, который юноша стыдливо прикрывал полотенцем, неожиданно смутилась.

– Давай погуляем завтра вечером? – сказала Мария голосом тех людей, которые пытаются прервать неловкую паузу.

– Конечно, без проблем…, – растерянный парень согласился.

«Как-то скучно получилось, – думал Николай. – Я рассчитывал сам её раскрутить, а тут всё проще пареной репы.

Весь следующий день в ожидании свидания он рисовал интимные сцены в своем воображении. Мария же была в детском восторге от собственной смелости и с нетерпением ждала встречи, забыв про сорняки в грядках с морковью. Ей, юной и привлекательной девушке, казалось, что вот именно так и зарождается настоящее чувство: женщина непременно должна проявить инициативу, а мужчина должен быть скромен и стыдлив.

– Сегодня так жарко на улице, – намекал Николай.

– Да это у тебя кровь горячая, мне вот почему-то холодно, –отвечала Мария.

– Возьми мою куртку. Там карамель, если хочешь, – разочарованно мычал парень.

В карманах куртки Николай хранил розовые леденцы с малиновым ликером, чтобы, покурив, сбить запах сигарет, которые покупал украдкой от отца. Нежная начинка разливалась во рту, благодаря чему карамель дарила необыкновенные вкусовые ощущения, а руки снова и снова тянулись за новой порцией. Ликер исчезал, и после каждой отправленной в рот конфеты оставался кусок леденца, что впивался в щеки и язык острым краем тающего сахара.

Глава 3

Лето прошло. Вырыли картошку, собрали тыквы, достали из почвы последние свеклы, – пахло сырой землей. Быстро темнело: по ночам на небе, словно на тёмно-синей скатерти, показывались крупные и мелкие, яркие и тусклые звезды, словно кто-то рассыпал манную крупу или хлебные крошки. Ночи завораживали своей таинственной непредсказуемостью.