Захватчики. Закоулки прошлого

Хорошо еще, если у нее жива семья и она сумеет найти ее. Нет, Василий мог себе говорить что угодно, но Тедди была уверена, что любовь не такая.

Девочка поняла, что ей надо поскорее покинуть это место. Она не хотела вдруг обнаружить, что показавшиеся ей сначала безобидными и даже по-настоящему несчастными крестьяне не только подло напали на мышиный лабиринт, но и не дожидались, когда ягодницы заплутают и забредут в кротовину. Скорее уж они выбирались в большой мир на охоту за новой кровью.

Вряд ли далеко, их наверняка пугал изменившийся мир, а уж если где-то им попадалась машина или в небе пролетал самолет, то и вовсе.

Можно ли оправдать этих людей тем, что им тоже нужно как-то жить? Тедди не знала. Ей было всего лишь четырнадцать, она не была готова решать такие вопросы.

Пред взором ее все поплыло, и Тедди увидела чужими глазами кротовину. Она не сразу сообразила, что юная мышь, образ которой встает перед ней, это бабушка Мара.

Как дрожали ее усики, нервно подрагивал хвост, как страшно было будущей королеве! И Тедди не могла сдержать слез даже тут, в видении, когда чувствовала совсем юные лапки, оба видящих глаза.

Бабушка, такая еще молодая наследная принцесса, пыталась набраться храбрости и шагнуть в кротовину.

Тедди и раньше понимала, что бабушка недоговаривала, утверждая, будто она только «слушала мир», находясь у границы Неблагой долины. Нет, она выходила наружу, чтобы изучить соседние, такие богатые и бесконечные, но враждебные для них земли.

Тедди ощущала, что если Голос только ярче вспыхивал при переходе, то обычная магия, свойственная всем мышам, угасала, тяжелее поддавалась будущей королеве. И ее страх отражался в Тедди. И девочке до слез было жаль Мару, которая на дрожащих лапках двигалась дальше и дальше.

Впрочем, вскоре жалости предстояло утихнуть. Тедди вместе с Марой почувствовала приятный запах, в животе Мары заурчало, и она обхватила себя лапками, прежде чем упасть на все четыре и ринуться туда, откуда шел этот аромат.

Как же жутко стало Тедди, когда она обнаружила на полянке девчушку едва ли старше ее самой, собирающую чернику.

И никаких шансов, что Мару влек аромат черники, не было.

Будущая бабушка почти настоящей человеческой девочки Тедди смотрела на почти такую же девочку, и ее верхняя губа, слившаяся с длинным носом, приподнималась, обнажая острые зубы.