Заповедник

Никита вспыхнул и сам подтянулся, выбираясь на плоский камень. Он же не девчонка, в самом деле!

Следом на площадку вывалился тяжело дышащий Пашка и сразу же привалился спиной к скале.

– Кошмар, хорошо, что мы уже добрались до места, шагу больше не сдвинусь! – выпалил он.

– Вообще-то ночевать мы тут не останемся, – разочаровал его Егор. – Тут есть небольшая пещера, но в ней максимум можно спрятаться от ветра и то вытянувшись вдоль стенки. А ставить палатку на камнях… Это перебор. Да и свалиться отсюда ночью тоже не восторг.

– Это точно, – пробормотал Никита, моментально представив в красках, как летит вниз головой прямо на камни.

– Тут просто шикарный вид и можно спокойно поджарить нашу птичку, – пояснил Егор, разводя костер.

Никита только глазами хлопал, видя, как Егор, скинув рюкзак, достает из под снега в расщелине, которую он назвал пещерой, полиэтиленовый пакет с углем и щепой. Похоже, он бывал тут куда чаще, чем могла даже подозревать Васса.

– О, а там тоже дымят. Туристы как мы? – отдышавшийся Пашка подошел к краю площадки и указывал теперь на одинокий едва заметно вьющийся дымок.

– Нет, – не поворачиваясь в его сторону, буркнул Егор. – Это приют. Даже не смотри в ту сторону и не думай лезть ближе. Нехорошее место.

– А почему нехорошее? – Никита сел поближе к потрескивающему костру и жар приятно касался лица и рук. Он уже и позабыл, что устал и не хотел тащиться в лес. Теперь, когда он видел под ногами весь этот заснеженный дикий мир, он чувствовал себя иначе.

Неукротимым охотником, которому по плечу найти и убить чудовище, а когда он встретит Солунай, о, он не будет уже жалким слабаком, выловленным из реки. Он будет героем с удивительными трофеями. Да, девчонки таких любят, но вот в чем беда. Он не хотел поразить каких-то там девчонок. Он хотел восхитить именно Солунай.

Странно, он видел её совсем недолго и до сих пор не представлял, как выглядит её лицо без дурацких очков, но желание встретиться с ней и понравиться стало просто навязчивой идеей.

И просто отказываться от неё Никита был не намерен.

– В приюте живут разные, – неохотно пояснил Егор. – Ну…не только люди. Хотя люди, конечно, тоже есть. Бедняги. Но подойти к приюту нельзя просто так. Там начинаются болота, овраги. Там просто часть ландшафта вообще не такое, как во всем прочем заповеднике.

Никита хмыкнул. Он не ожидал услышать слова вроде «ландшафт» от такого дикаря как Егор. Впрочем, если он водит в заповедник и геологов, то мог нахвататься.