Морфы 2. Дикие сны

 – Потерявшиеся в них морфы не только могут навсегда погибнуть для сновидений, проснуться ничего не помнящими и еще долго оставаться без снов. Они могут еще навсегда влипнуть в эти сны и всю жизнь видеть только безумные дикие абстракции. И не знаешь, что хуже. Некоторые, нам рассказывали на уроке, даже страдают бессонницей из-за этого.

– Ужас какой, – я и правда испугалась. У меня и без того проблем достаточно, мне только бессонницы и не хватало!

– Это еще что, – продолжал меня стращать Жюль.

 – Бывает еще хуже.

– Куда хуже-то? – хотелось попросить его больше не пугать меня, я же мнительная, буду теперь взвизгивать от одного упоминания о диких снах – на радость Картине Георгиевне. Она любит всё забавное.

– Есть куда, – Жюль подвинулся на диване так, что я могла сесть рядом. Похоже, будем шептаться. Странно это, ведь наша комната – только наша комната, нас и так никто не услышит! Но всё же я села и даже огляделась, словно кто-то мог нас подслушать.

Я же говорю, я мнительная! – Дело в том, что попавший во власть диких снов может и вовсе не проснуться. И быть в такой вот сонной коме. Врачи голову ломают, чего он спит беспробудно, а он из снов выбраться не может!

Последние слова Жюль мне прошептал на ухо. И вот пойми, мороз по коже – от его слов или от того, как жаркий воздух от его дыхания щекочет мне мочку?

– Так бывает? – поразилась я, поворачиваясь к Жюлю и едва не сталкиваясь с ним носами.

– Бывает еще и не так! – какие же у него всё-таки ресницы длинные и пушистые, так близко я их еще не видела.

 – У нас есть преподавательница, ведет у старших курсов логику зависимого от реальности сна, что-то в этом духе, так она после аварии в коме. И видит сны. Вот она круглыми сутками тут в университете, представляешь?

Кажется, Жюль мне задал вопрос, а я опять всё профукала, заглядевшись на его ресницы. Ну что за дура! И ведь не объяснишь такое парню, или на смех поднимет, или вообразит, что я в него влюбилась, например! Был у меня в классе такой воображала – даже вспоминать противно.

– Ты покраснела, – шепнул Жюль мне в губы, пока я предавалась своим горестным размышлениям. И я рассердилась. Приличные люди в такой двусмысленной ситуации давно бы поцеловались, и у них голова болела бы уже о другом – зачем и как теперь быть. Но это не про нас с Жюлем, это точно! К тому же мы с ним уже целовались. По-дружески.