Чернильные души

По крайней мере, Эдику это явно нравилось, потому как он застонал ей в рот и встряхнулся, словно собака после купания.

– Может, пойдем куда-нибудь? Ко мне, например? – хрипло спросил он. – А то тут многовато народу.

Соня замерла. Вот так сразу? Они не будут ходить вместе в кино и театр, он не подарит ей даже какую-нибудь захудалую розу, никаких свиданий и стихов? Ладно, про стихи она загнула, это перебор. Но вот всё остальное… просто пара коктейлей, из которых один купил Суббота, и она пойдет к нему домой?

С другой стороны, разве мама не ругала «продажных девок», которые встречались с теми, кто дарил больше подарков? Где эта чертова золотая середина, интересно?

– Чем раньше мы уйдем, тем больше успеем, – продолжил Эдик, и нежно коснулся губами её щеки.

– Хорошо, пойдем, – согласилась Соня. – Ты далеко живешь?

– Совсем рядом, – успокоил её обрадованный Эдик. Его рука наконец-то вынырнула из-под блузки, и он потащил её в гардероб за курткой, а потом на улицу.

«Сегодня всё случится, – Соня рассеянно наблюдала за суетящимся Эдиком, который, оставив её рядом с входом, что-то спрашивал у стоящих там парней. Ответ оказался прост – Соня мельком успела заметить, как из кармана одного из парней в кармана Эдика перекочевало несколько плоских квадратиков. – Презервативы. Заботливый».

Почему-то это её совсем не обрадовало. Она редко всерьез думала о том, как и когда случится её первый раз, и уж точно не была той дурочкой, что ожидала свечей и лепестков роз, но вот эта суетливость и торопливость выводила её из себя.

«По крайней мере, позвал домой, а не затащил в какой-нибудь подъезд», – попыталась утешить она себя, но получалось плохо. Хмель прошел, похоже, двух коктейлей ей всё-таки оказалось маловато. И чем дальше они шли, тем сильнее мерзли ноги в капроновых колготках, и тем сильнее накатывало раздражение.

– Ты пялишься на эту девушку уже пять минут, – прошипела она, дергая Эдика за руку и чувствуя, с каким облегчением раздражение выплескивается на парня.

Немного впереди и впрямь шла девушка, но Эдик лишь пару раз глянул в её сторону, и уж точно не пялился. На свою беду он принял её раздражение за чистую монету, и немедленно начал оправдываться. Как будто не знал, что это просто худшее, что он мог сделать. Собственно и Соня до этого момента даже не подозревала об этом.