Абсорбент. Маньяк, который меня любил

Удивительно, что они после этого продружили аж до выпускного! А на него Аня пришла с Николаем, и дружба закончилась. Кто же знал, что Рита и сама имеет на Николая виды, хотя она постоянно пыталась свести их вместе?

– Мне кажется, или ты поправилась с тех пор, как мы с тобой виделись?

– Я и не болела, – сухо ответила Аня расхожей шуткой из Интернета. Она на миг подняла голову и столкнулась с двумя взглядами – старичок тоже рассматривал ее с неподдельным интересом. И, видимо, больше для него, чем для Риты, – больно нужно тратить время на одноклассницу – добавила: – Моему мужчине не нравятся доски.

Старичок как-то уж больно довольно крякнул, а вот Рита не упустила случая съязвить:

– Может, он так просто говорит? Не вижу на твоей руке колечка.

Аня пыталась сообразить, что ответить, но, как назло, все остроумные ответы вылетели из головы. Может, зря она отказалась от прописанных таблеток, все равно ведь пьет успокоительные. Не отупела же она сама по себе!

Положение спас старичок.

– Девушка, – строго произнес он, глядя на нее. – Не отвлекайтесь от работы на посторонние разговоры, нам с вами еще долго сидеть, а у меня нет лишнего времени.

Аня поспешно извинилась и уткнулась обратно в бумаги. Но когда Рита отошла, старичок постучал костяшками пальцев ей в стекло и подмигнул. Только тогда она поняла, что на самом деле он не злится.

Какая-то польза от очередного визита Риты все-таки была – на обед Аня не пошла, и от сосущего ощущения в желудке ей казалось, будто она на глазах худеет.

– Зачем она приходила? – воспользовавшись перерывом между клиентами, крикнула она Гульнаре, работавшей в зале и объяснявшей посетителям, как пользоваться электронной очередью.

– Как всегда, только проверила счет, – крикнула в ответ та и, убедившись, что клиентов нет, подошла ближе. – Надо же, какая ты роковая женщина! Столько лет прошло, а тебя все школьные недруги преследуют!

«Если бы ты только знала, насколько я роковая, – пробормотала Аня, ловя еле заметное отражение в стекле своего „аквариума“.

На деле же мучилась только она. Ее терзали угрызения совести, сосущий голод и страх. Сегодняшний сон был таким ярким, что казался вещим. Хотелось пойти в уборную, расстегнуть блузку и убедиться, что на коже нет следов от ножа. И хотя Аня знала, что Николай никак не может ей навредить, страх не уходил.