Пока не зазвонил телефон

Но Гущин писанине о слугах народа не слишком доверял. Ему случилось встретиться с одним хваленым «радетелем-заступником», тот оказался редкой сволочью и снобом.

Правда, пьяным. А протрезвев, слуга народа примчался извиняться.

Но с Львовой как-то… перебор. Встретила как родного, и это не фигура речи. Стас и впрямь почувствовал себя своим среди чужих людей.

«Такого не бывает, – подумал сыщик. – Какой-то здесь подвох».

Гущин, спору нет, был не обычным следаком, а сыщиком московским, он повидал достаточно авторитетных персонажей.

Но Львова оказалась чересчур примерной, показательной. Без колких швов и грубых стачек, естественной навзрыд.

«Такое все-таки случается, – спросил себя майор, – чтобы влиятельная дама не забронзовела?»

Занятный перевертыш. Что есть на самом деле, покажет только время. Спектакль о вдрызг положительном политике мог быть рассчитан и на дочерей.

Гущин дотянулся до сумки с вещами на тумбе и, переложив ее на кровать, раскрыл. Из прихожей раздался просительный голос Анечки:

– А можно мы с Зоей Маргаритовной погуляем?

– Можно! – крикнул Гущин.

 – Только поводок возьмите.

В дверь просунулось очаровательное личико в конопушках:

– Я зайду?

– Конечно. Вещи Занозы в зеленой сумке. Кстати, там же корм и миски. – Следователь улыбнулся. – И мячик есть.

* * *

Когда через двадцать минут умывшийся с дороги сыщик вышел на крыльцо избушки, то увидел, что любимый Зойкин мячик валяется в траве, а Маргаритовна гоняет по газону лбом огромный мяч в пупырышках.

И веселится от души.

Вокруг Занозы скачет Аня, ее старшая сестра сидит на траве, расслабленно подставив уползающему за лес вечернему солнцу лицо с закрытыми глазами. И улыбается, поскольку слышит смех сестренки.

По участку уже витает запах поджаривающейся на мангале рыбы. Из-за угла дома струится легкий дымок. В шезлонге на веранде дома сидит Влад. Что-то в лице Иванцова заставило майора проверить, куда направлен его взгляд…

«Обаньки, – мгновенно вспыхнула догадка. – А мы, оказывается, влюблены!»

Не нужно быть отменным умником, чтобы, застав мужчину зачарованно смотрящим на девушку, не уловить его настрой.

Так смотрят лишь влюбленные, причем, пожалуй, безответно, поскольку грусть-печаль присутствует. И это ясно каждому мужчине, хоть раз попадавшему в подобный переплет. Рыбак рыбака, как говорится, всегда увидит и поймет.

«А это значит, – Стас мгновенно произвел реконструкцию недавних событий, – все окончательно раскладывается по полкам».