Эмоциональ. 0 измерение

 – Если страх решит не смещать измерение реальности, он оставит в обладателях хозяина, как делает это вот уже пять столетий подряд.

– Страх не менял измерение, – догадалась Мира.

– И не факт, что захочет сместить вновь, но есть Леша, который все просчитывает заранее, – Евгений Викторович затер лоб.

Мирослава поняла переживания отца.

– Я не хотел никому дарить гагат, – признался он. – И тем более я не планировал раскрывать в тебе страх, чтобы потом лишить тебя права обладания эмоциями.

– Но, ты именно так и сделал, – обижено произнесла Мирослава.

– Нет, Мира, как сегодня выяснилось, я этого не делал, – Евгений Викторович оценивающе смотрел на дочь.

– Я не понимаю, – призналась Мира.

– Я надежно спрятал гагат и хранил, чтобы он никому не достался, – делился отец. – Единственной моей ошибкой было место его хранения.

– Мастерская дяди Паши, – догадалась Мирослава.

– Да. Главная его мастерская, в которой мы с тобой недавно побывали в гостях, – подтвердил Евгений Викторович.

– Неужели дядя Паша решил мне подарить гагат?

– В моих воспоминаниях, я сам даю Паше коробку, чтобы он подарил тебе камень, но когда ему пришлось поделиться сокровенной тайной, мне показали правду. Паша сам отдал тебе камень, чтобы ты раскрыла эмоцию страха, а мне он исправил воспоминания.

– Он может повлиять на воспоминания? – удивилась Мира.

– Влиял не он, – отец тяжело вздохнул, – но по его просьбе.

– Кто влиял? – тихо спросила Мирослава.

– Зачем тебе это знать?

– Я хочу знать, кого опасаться.

– С твоим статусом, можно и нужно опасаться всех, – Евгений Викторович вздохнул.

– Пап, скажи кто?

– Андрей, конечно же, кто еще?

– Учитель, – расстроилась Мира.

– Не думай ни о ком из них плохо, они делают все так, как надо, – Евгений Викторович обнял дочку.

– Как надо им, – рассердилась Мира.

– Как надо вселенной, – посмеялся отец. – Знаешь, как говорят: пытаясь уйти от судьбы, мы именно там её и встречаем, – Евгений Викторович озвучил философское высказывание.

– Я не останусь обладателем, – всхлипнула Мирослава.

– Как и я, – отец крепче обнял дочь.

– Несправедливо, – расплакалась Мира.

– Возможно, – согласился отец. – Только не пытайся изменить ход событий, – попросил он. – Я тебе рассказал все, чтобы ты смирилась.