Тонкий лед

 – Флаам – большое поселение и богатое, а имя Бейнира известно всему фьорду. Я это тебе затем говорю, – объяснил он, еще немного подавшись вперед, – чтобы ты вспомнил о вашей христианской добродетели – смирении. Здесь жизнь не такая плохая, как может показаться.

– Если уж сарацин это говорит, франку, конечно, можно верить, – буркнул Мейнард.

– У тебя что, родичи в Толедо или где-то еще в Испании? – весело осведомился Сайф, ничуть не обиженный. – Или мои кровные братья тебя оскорбили? Говори, не стесняйся.

Мейнард стесняться и не думал.

– Поговаривают, что вы хуже людей севера. Я с твоими сородичами общался редко, однако потомки тех, кто когда-то владел Толедо, многое о вас порассказали. В том числе и о ваших ритуалах.

– Не ищи ссоры там, где ее нет. Мы гораздо более просвещены, чем люди севера, и желаем добра землям, на которые приходим. Впрочем, это долгий спор, я не хочу затевать его сейчас. Позже, если твой воинственный пыл не угаснет. – Сайф оглянулся на Альвдис и попросил ее: – Я прошу тебя выйти ненадолго, госпожа.

Девушка кивнула и без возражений покинула дом; Мейнард нахмурился было, но тут же понял, в чем дело.

– Всему есть предел, даже снисходительности лекарки, – сказал Сайф и развязал тесемки большого мешка, который принес с собой. – Вот, я подобрал тебе одежду. Помогу облачиться и выйти на порог.

Пока Мейнард болел, кто-то переодел его в рубаху и штаны из домотканого полотна, однако предложенная Сайфом замена выглядела лучше. Уже по этой одежде можно судить, что поселение богатое.

Довольно узкая рубаха надевалась на голое тело, суконные штаны подпоясывались кожаным ремнем, а ботинки, сшитые из куска толстой шкуры, натягивались на теплые носки и привязывались к ноге ремешками. Мейнард запутался в них, но сарацин справился ловко. Еще имелась короткая шерстяная куртка, едва прикрывавшая бедра.

– Вот так, – сказал Сайф, удовлетворенный своей работой. – Пойдем.

– Я не хочу никуда идти. – Мейнард внезапно снова почувствовал слабость.

Только бы не вернулось то, чего он опасается больше всего!

– Ты провел в трюме корабля много дней, а потом лежал здесь, весь в веревках, словно жертвенный ягненок. Тебе стоит выйти и вдохнуть немного свежего воздуха. Давай, я подсоблю тебе.

Сайф помог Мейнарду встать, и тот обнаружил, что на ногах стоит уже лучше, чем вчера. Вместе они вышли на крыльцо, навстречу сентябрьскому ветру. Мейнард остановился и ухватился за резной столбик, чтобы удержать равновесие.