Предатели

Я просто мечтаю оказаться подальше от всего этого.

– А как же я? Ты готов оставить меня здесь одну?

– Ну, у тебя есть подружки. Снова есть Лора. Глядишь, и бывший выздоровеет. Не соскучишься. И потом, у тебя такая насыщенная работа, клиенты аж посреди ночи вызывают…

«„Бывший“. Он все знает. Но откуда? Неужели я все-таки когда-то ему говорила и забыла?»

– Господи, да послушай ты меня!

– Я слушаю, только ты не говоришь ничего внятного, кроме разных вариантов «а как же я».

Тина почти с отчаянием отметила про себя, что он прав.

– Я сказала, что люблю тебя! – с нажимом повторила она.

– И я тебя, – спокойно констатировал он, отворачиваясь.

– Да?

– Но это несущественно. Люди любят друг друга по-разному. И на расстоянии, и как угодно. Я прекрасно к тебе отношусь, но сейчас отпусти меня.

– Ты злишься. Я понимаю…

– Ого, неужели ты и на меня внимание обратила, м-м, что-то новенькое.

– Перестань язвить в такой момент! Я понимаю, что ты злишься. Естественно. Но этого больше не повторится. Ничего из того, что произошло вчера.

– Ох, уж я на это надеюсь. Не знаю, что там между вами случилось, но, пожалуйста, в следующий раз, когда будешь с кем-то ругаться…

Эту фразу Никита заканчивать не стал, не смог. Ему нельзя было иронизировать на эту тему. Только не ему.

Впрочем, Тина не заметила, что он осекся. Она была воодушевлена очередным поворотом своей мысли.

– Ладно, я скажу, я скажу, как все было, – затараторила она. – Артем позвонил мне и попросил срочно приехать, якобы ему нужно было поплакаться насчет ссоры с Лорой, а больше ну совсем некому. Так умолял, что я решила – метнусь туда-обратно… Но у себя дома он стал приставать ко мне. Настаивал. И вот… сам знаешь, что было дальше.

Несколько долгих мгновений Никита изучающе смотрел на девушку, после чего изрек:

– Ага.

– «Ага»?! Это все, что ты можешь…

– Это все, что я могу.

– Тебе, наверное, странно, что я сразу не объяснила. Думала, ты не поверишь. И вот ты не поверил.

– Ага.

– Да что ты заладил, а!

– Прекрати изворачиваться. Это не поможет. Тебе лучше отпустить меня. Сейчас.

Убийственная твердость его голоса выводила Тину из себя. Она уже чувствовала, как к глазам подступают слезы. Это все всерьез, он действительно ее бросает.