Найди мое сердце

Трясущимися руками сняла с охраны и, оказавшись внутри, швырнула сумку на кресло, промчавшись в заветное место.

Тело горело от бесконечного растирания его щеткой, а я все еще ощущала терпкий аромат. Хотелось стереть кожу в кровь, и я даже не сомневалась в том, что наверняка останутся ссадины. Но мне было плевать, и я с новой силой терла руки, живот, ноги. Вылила флакон геля, так что пена поднялась почти до колен. Снова в голове воспоминания цветной картиной и я оседают на мокрый пол. Белые, нежные пузырьки мгновенно обволакивают до плеч, будто сопереживая.

А я навзрыд, зажимая рот рукой… «Как? Сука, как ты это допустила? Совсем распрощалась с башкой? Люди, кто-нибудь пните меня с размаха по голове! Почему, черт побери, это именно он? Почему, а?»

Нет, я понимала, что это когда-нибудь произойдет. Но ведь на его месте мог быть кто угодно: коллега по работе, первый встречный, случайный мужчина с сайта знакомств. Кто угодно, но только не Макс! Только не он! Господи, как мне теперь с этим жить? Как смотреть ему в глаза, когда от одной мысли хочется наложить на себя руки? И вот, еще вчера гордая, уверенная в себе женщина, превратилась в сопящее недоразумение.

Прости, Игнат! Я сама себя окрестила предательницей. Сама собою обвинена и приговорена. Падаю на колени, упираясь руками в скользкий кафель. Перед глазами лицо покойного мужа, а там, вдали, пеленою я в объятиях его брата… Жмурюсь, чувствуя, как от давления болят глазные яблоки. Но нет, мне как будто мало, мозг, издеваясь, воспроизводит первый поцелуй… Макс целует меня окровавленными губами, и я содрогаюсь от тошноты из-за металлического привкуса крови.

И его лицо: дикое, злобное, незнакомое. Вспоминаю, сколько боли он мне причинил… Да, почему сейчас? Так не вовремя! Вроде бы я все уже отпустила! Но нет, опять ломает пополам…

Я высушила волосы мгновенно, и теперь они напоминали воронье гнездо. Смотреться в зеркало не было никакого желания. Небрежно натянув мятый костюм, я вызвала такси, не определившись окончательно, куда ехать.

Запасные ключи были у мамы, а она на даче. И в таком виде совершенно не хотелось попадаться ей на глаза. Других вариантов не просматривается, придется, видимо, вызывать слесаря…

В квартиру я попала довольно нескоро. А когда, наконец, вошла, сразу же поежилась, взглянув на портрет мужа, висевший на стене. Он будто смотрел на меня с каким-то упреком, словно все знал… Но главное, знала я и не находила себе места от негодования.