Когда развеются миражи

– Я не имела в виду кого-то определенного, образно говорю!

– Ах, значит, образно! Понятно, – усмехнулся мужчина, наливая себе еще виски.

– Уверена, тебе ничего не понятно, но это совсем не важно, потому что к тебе не имеет отношения! – начиная раздражаться, заявила Юля.

– Конечно, я не спорю и не претендую. Потому что это вообще ни к кому не имеет отношения! Это так же эфемерно, как и твое отношение к Сиренево!

– Так, Матвей Юрьевич, наверное, на этом сегодня нам стоит проститься! Мне не хочется обсуждать с тобой свою жизнь!

– Как скажешь! Но, подводя итог этого вечера, должен заметить, ты загнала себя в такие рамки, вырваться из которых самой уже не получится.

Ты не живешь, нет, при всей той напускной яркости и разнообразии, которые происходят здесь! Как говорит мой друг Ариан…

Сердце болезненно сжалось, когда любимое имя сорвалось с губ Матвея, но ничего не изменилось в ее лице. Только глаза она опустила, боясь, как бы Гончаров, обладая поразительной проницательностью, не разглядел печать неизбывной тоски.

– Как у него дела? – спросила она ровно и спокойно.

– Прекрасно. Они с Аделиной живут в Лондоне и, кажется, вполне счастливы. Детей у них пока нет, но зато есть чудная квартира в старинном доме с видом на Темзу и Букингемский дворец. Я был там недавно. У них ведь очередная дата совместной жизни в октябре, приглашали в гости. Кстати, у нас ведь тоже с тобой, можно сказать, дата. Мы ведь тоже познакомились шесть лет назад. Довольно давно, не правда ли? А виделись за все это время от силы раза два, не больше.

Нет, определенно, это надо исправлять, – Матвей усмехнулся. – Думаю, за это стоит выпить, – мужчина потянулся к ее стакану, и Шараповой пришлось чокнуться с ним. Спорить уже не хотела. Взгляд его темных глаз из-подо лба пугал своей мрачностью.

Он осушил стакан, а Юлька поставила свой на стол. И поняла, пора уходить, пока Матвей после очередной порции не решил вернуться к тому, на чем они остановились шесть лет назад. Благо, в это время в кармане пальто «запел» ее мобильный.

Звонила бабушка, и она беспокоилась.

Юля поднялась.

– Мне пора домой, Матвей! – сказала она.

Мужчина кивнул, затягиваясь сигаретой.

– Жаль! Мы так хорошо сидим, – притворно вздохнув, ответил он.

– Боюсь, на этом и закончим.

– Все-таки бежишь? – усмехнулся он.

– Нет, просто ухожу домой, бабушка действительно волнуется, потому что завтра рано вставать, к тому же я сегодня не только не ужинала, но даже не обедала.