Когда развеются миражи

Она ожидала увидеть привычное насмешливое выражение, но ошиблась. Его глаза смотрели выжидающе и настороженно, будто от любого ее слова или движения зависело многое. И это сбивало с толку. А может, ей просто показалось. Тем более во всем его облике и небрежной позе чувствовалось полное равнодушие ко всему происходящему.

– А о чем тут можно говорить? Ты оказался во всем прав и победил, развеяв мои заблуждения и иллюзии! Мне было очень хорошо, но я все равно не сожалею, что не осталась тогда в «Метрополе». После вчерашней ночи я не претендую на что-то и ничего от тебя не жду!

Гончаров хохотнул.

– Это должно меня насторожить?

– Скорее, успокоить! – парировала она.

– Ага, то есть еще одно подтверждение, что ты не такая, как все? Или просто тонкий расчет?

– Пытаюсь сообразить, в чем он может заключаться? Ты думаешь, после этой ночи я ждала не цветы и конфеты, а предложение руки и сердца? – с легкой иронией, на которую был способен не только Гончаров, спросила она.

– А чего ты вообще ждешь, дорогая? – вопросом на вопрос ответил он.

– Ничего! – не раздумывая, ответила девушка.

– Ни-че-го, – по слогам повторил мужчина. – А знаешь, это даже лучше, чем я ожидал!

В повисшем молчании чувствовалось явное напряжение, и, наверное, Матвею следовало бы уйти или Юле как-то разрядить обстановку и что-то сказать, но слова не шли с языка.

– Если из посольства позвонят до обеда, я попрошу перезвонить, – Гончаров сменил тему. – А в остальном справлюсь сам, можешь не сомневаться! В доме нет никого, я прослежу за тем, чтобы ни горничная, никто либо другой здесь не появились! Поднимайся и приляг, я разбужу тебя к обеду!

– Ты серьезно?

– Более чем!

Несколько секунд Шарапова смотрела на него, словно ожидая подвоха.

– Ладно, я закроюсь в кабинете и вздремну часок в кресле! – сдалась она, понимая, что в его предложении есть смысл.

– Глупости, иди ко мне в комнату! Там тебя точно никто не побеспокоит!

– Матвей Юрьевич, мне кажется, или все происходящее тебя немало забавляет? – поднимаясь из-за стола, спросила она.

Вздернув подбородок и сжав губы, Юлька собралась гордо прошествовать мимо, но Матвей поймал ее за руку.

– Многое в этой ситуации действительно кажется мне весьма забавным. Взять хотя бы смешные опасения относительно пересудов и твоей репутации, – с привычной усмешкой сказал он и, понизив голос, добавил: – Но только не ты!

Глаза их на мгновение встретились.