Когда развеются миражи

Умом девушка понимала, мама не виновата в том, что все так сложилось, но сердцем продолжала винить ее во всем и не могла простить.

В комнате Юля зажгла свет и, не обращая внимания на сестру, завозившуюся в кровати, распахнула шкаф, собираясь переодеться.

– Юль, – сонно позвала ее Настасья. – Привет! А ты чего уехала? Я ждала тебя.

– Привет, Насть! Мне по делам надо было в город, вот я и решила остаться ночевать там! – соврала Шарапова. – Извини, что свет зажгла, но мне на работу нужно собираться.

– Да ладно, все нормально! Но сегодня-то ты придешь домой? Мы ж сто лет не виделись, поболтаем хоть!

– Я постараюсь, но не обещаю! Сейчас такой завал.

– Ты крутая, Юль!

– Почему? – удивленно вскинув брови, обернулась она к сестре.

– Главный администратор Сиренево! Я в интернете пошарила, посмотрела, отзывы пролистала, это крутое место. И еще этот рекламный ход, будто ты к Четвертинским имеешь какое-то отношение. Они молодцы, здорово придумали! Маме это не понравилось, да и папа вряд ли поймет, но, наверное, за те деньги, которые они платят, можно и на такое пойти! К тому же родители были далеко.

Юль, а можно мне прийти в Сиренево? Так хочется все увидеть собственными глазами.

– Можно, только ты звони, прежде чем соберешься! Я не всегда бываю на месте, к тому же сейчас у нас гостит начальник.

– Договорились! – кивнула девушка, опускаясь на подушки и наблюдая за тем, как старшая сестра снимает с себя джинсы и кофту, а за ними и сливочно-белое нижнее белье и облачается в другое, цвета красного вина, ажурное и сексуальное.

Все это почти сразу было спрятано под узкими красными брючками и просторной белой блузкой в черный горох. Капелька духов, легкие макияж, укладка. Еще одна чашка кофе привела Юлю в чувство. Из дома, кутаясь в вишневое пальто, она вышла уверенной походкой.

А в кабинете ее ждал букет белоснежных ароматных лилий, которые сменили вчерашние ранункулюсы, и коробка конфет.

Юля подошла к столу и осторожно коснулась упругих лепестков.

В дверь постучали, она обернулась.

Дверь открылась прежде, чем она разрешила войти, на пороге показался Гончаров с чашкой горячего кофе.

– Я подумал, кофе тебе не помешает, – произнес он, приближаясь.

Девушка взяла чашку и поставила ее на стол.

– Матвей, перестань таскать цветы из оранжереи, это неприлично! – строго сказала она, снимая пальто.

Мужчина изумленно вскинул брови.

– Неприлично дарить девушке цветы? – переспросил он.