Кто убил Златовласку?

На этот раз уже непосредственно на ковре.

Егор затронул больную для Юры тему.

– Лучше скажи, че там у тебя с Танькой.

Тот промолчал. Опять вздохнул.

– Зря ты тогда не сдержался. Что-то ты контроль совсем потерял! Я тебя не узнаю.

На ковре спортсмены отрабатывали приемы и броски в паре. Основная задача состояла в том, чтобы при падении сгруппироваться и погасить удар. Достигалось это с использованием рук и ног в качестве амортизаторов, за счет переката тела или встречным хлопком по ковру прямыми руками.

Юра слегка задержал дыхание во время падения.

– Да ты-то чтобы сделал? Она сказала, что сделала аборт. Выбесила.

Егор отвечал. Казалось, что они по настоящему начали драться.

– Ты ж спортсмен, бля. В лицо-то зачем бить?

В какой-то момент Юра резко бросил Егора на ковер со словами.

– Я не хотел. Так вышло.

Егор свалившись смотрел испуганными глазами на Юру.

– Э-э-э, полегче! Ты мне чуть шею не свернул. Ты чего, озверел?

*

Архив СК находился в подвальном помещении.

Внутри было тесно, маленькие комнатки со множеством стеллажей, шкафов с папками, коробками. Светлаева сидела в одной из комнат за компьютером, просматривала фотографии пропавших людей. Перед глазами одна за другой мелькали кадры – нарезка фотографий и разных дел.

Из архивных рядов послышался шорох, с несколькими папками в руках вышел Алексей Каримов, добавил принесенные папки в стопку таких же – потертых временем. Видно было, что это информация за разные годы.

– С ума сойти. Сколько же у нас народу пропадает. Уму непостижимо, – прошептала Светлаева.

– Это да. – Каримов согласился. – В 90-е, в разгул бандитизма, в России в год около ста тысяч заявлений о пропавших без вести подавалось. Помню эти времена. Многих так и не нашли.

– Да уж. Были люди и сгинули. Но ты-то знаешь, что официальная статистика другая.

– А я разве про официальную? У чинарей свои цели и задачи. Они же по архивам не сидят., – ухмыльнулся Алексей.

 – Так вот, находят каждый год около половины. Ну, то есть именно находят – живыми и мертвыми, которых опознают те, кто заявлял о пропаже.

– Ой, да ладно тебе. Часто «потеряшки» сами себя заявляют. Но ты прав, это примерно половина. Вопрос: куда деваются остальные тысячи?

В комнате повисла пауза. Каждый думал о своем. Алексей в очередной раз пошутил.

– Инопланетяне? А если посмотреть с другой стороны. Сколько находят трупов неопознанных.