Обещанная дочь

– Что же ты так боишься? – возмутилась Варя. Вот нахалка, еще и угрожать ей вздумала! – Чья, по-твоему, вина, что я здесь оказалась? Боишься, что Ревард тебе крылья повыдергивает?

Карамель только фыркнула и помахала перед лицом Варвары ножницами.

– Я истратила на перенос все свои силы. Думаешь, это так легко? Я не смогу вернуть тебя обратно. Так что подумай над моими словами! – Фея подняла в руке тяжелую прядь волос гостьи и отрезала ее.

Варя печально вздохнула, глядя, как медные кудри падают к ее ногам.

– У тебя нет пути назад, человеческое дитя. Я бы на твоем месте задумалась и упрочила свои позиции в этом доме.

– Ты не говорила мне, что не сможешь вернуть обратно, – мрачно отозвалась Варя.

Она переступила через обрезанные волосы, ощущая непривычный холодок на шее из-за свежего ветра, который врывался через приоткрытое окно.

– Глупая девчонка! – Карамель взмахнула своей палочкой, и лежащая на полу медная роскошь заискрилась и моментально растаяла. Словно и не было ничего.

Глава 5

Карамель оказалась не только легкомысленной болтушкой, но и замечательной мастерицей. Не обошлось, конечно, и без противных уколов иголкой, приправленных сверкающей магией, но великоватая одежда стала впору, и гостья больше не походила на невесть кого.

Варя встала перед зеркалом. В этот раз она оставалась серьезной, продолжая размышлять над словами феи. Первая эйфория проходила, надвигались паника и растерянность.

Карамелла Неистовая была последняя из тех, кому Варя стала бы безоговорочно доверять. Особенно после того, как фея по собственной глупости втянула ее в эту ситуацию. Конечно, здесь у нее были еда и крыша над головой. Никто не кричал и не кидался на нее с кулаками… пока Варвара ощущала себя в большей безопасности в этом странном доме, чем находясь в своей московской квартире.

Варя окинула себя взглядом и вздохнула.

По случаю полагался белоснежный камзол с воротником-стойкой, который вынуждал задирать подбородок, ибо ужасно давил. Как Карамель пояснила, так и требовалось, чтобы Варвара не вздумала сутулиться или выглядеть, как поникший алтун. Что это значило, Варя даже не пыталась понять.