Любимый Садовник

Кто бы знал, как я хочу обнять её, прижать к себе, поцеловать копну волос на голове, каждую кудряшку, успокоить. Хоть как-то.

– Понимаешь, подростки исчезают, но ни на одной старой посудине я их не видела. Остаются единицы. Ну, несколько ущербные, если можно так сказать. Это плохо, но как еще? Тогда отец и решил уехать. Ему отказали раз, отказали другой. Он засел за книги, прочел кипу литературы о психах, так и появилась я теперешняя. Не знаю, как долго все это останется незамеченным. Как по мне, так думаю, многие догадываются.

Она принялась выкладывать из разноцветных камушков затейливые фигуры, ломала их, собирала заново.

– Твой брат?

– Мой брат? – она усмехнулась, потрясла копной кудряшек. – Мой брат с ними. Он химик и по какой-то причине, уж не знаю, по какой, он был оставлен и приручен… Он мне брат, конечно, только чужой совсем стал. Часть этого острова.

– Что нам делать?

– Я не знаю. Нас сейчас трое. Твоя бабушка?

– Нет. Растворена в муже и гребаной радуге.

– Ок, трое.

Нужно попытаться узнать хотя бы что-то. Ладно, на сегодня хватит. Будем встречаться здесь, не против?

Я, малолетний идиот с подростковыми мозгами, вспомнил девочку с развевающимися в морской пучине волосами и завис.

– Эй, рыцарь!

– Да, – я вздрогнул. – Конечно, давай. – Здесь здорово. Как ты нашла такое место?

– Ну, так, наши идиоты заторможенные не всегда уж такие тормознутые. Иногда здесь заседают. О чем говорят – я услышать не могу, но вид у них, – она закатила глаза.

Зойка достала аккуратно сложенные ленты бантов из-под кофты.

– Теперь давай, работай. Будем снова делать из меня красавицу.

Я постарался как мог разделить волосы подруги пробором и даже каким-то макаром сплел нечто. Девочка протянула мне ленту и когда я брал её, схватила меня за руку, резко притянула к себе.

– У нас ведь получится, верно? Мы ведь не исчезнем?

– Ты что, – я отпустил только что созданный шедевр и обнял хрупкие дрожащие плечи. – Ты что!

– Ладно, давай, завязывай.

Ждут нас уже. Мой отец точно волнуется. Разделяться нам теперь смысла нет. Я когда им накостыляла, шепнула, что ты, мол, теперь парень мой, и не дай Бог я их рядом увижу, – серьезное выражение лица вмиг сменилось лукавой улыбкой от воспоминания.

– Так даже легче. Прятаться не нужно. Да и защитишь ты меня, – Зойка засмеялась и толкнула меня в плечо. Я одевал брюки и чуть не свалился снова. Подруга ухватила меня за руку и не дала упасть.

Я довольно улыбнулся.