В паутине пророчества. Книга смерти

Рвущуюся к моей дочери – единственному родному человеку, который связывает меня с этим миром.

Отец Степан поднял за руки Федора. Тот еле стоял на ногах. Осознание свершившегося злодеяния, никчемности самого его существования теперь, подавляло мужчину, забирало все силы, заставляло униженно смотреть на стоящего перед ним такого же запутавшегося человека.

– Федор, подумай теперь о бедных детях, которых ты оставил без матери. Ты – единственный человек, который может дать им любовь и семью.

Отец Степан прекрасно понимал, что его слова вряд ли окажут на Федора какое-либо действие.

Но это было все, что он мог сделать для них в данный момент – успокоить их потенциального убийцу, дать время одуматься. А там, может, кто-нибудь из деревенских жителей заглянет в опустевший дом, да разнесет ужасную новость. Тогда участковый и пригодится. Когда-то ведь это должно произойти.

Федор закивал головой, словно китайский болванчик, размазывая тыльной стороной ладони слезы и кровь по щекам. На его давно небритом лице появилось некое подобие благодарной улыбки.

В этот момент послышался всхлип из темноты и тихий злой шепот:

– Это чудовище никогда не станет нам отцом. Я ненавижу его.

Федор вздрогнул и попытался вглядеться в темноту. Долго мучиться ему не пришлось. В метающийся круг от свечи вышла Вера. Она гордо вскинула голову, и смело взглянула в медленно наливающиеся бешенством глаза Федора. Следом за ней, протягивая к сестре дрожащую руку, появилась Нина.

– Уходите! – оценив моментально ситуацию, крикнул отец Степан, и встал между девочками и готовым броситься на них мужчиной.

Этот вскрик словно отпустил тугую пружину, удерживающую Федора все это время. Он схватил священника за плечи и отбросил в сторону. Старик ударился головой о колонну и с тихим стоном затих. Но Федора уже не интересовало ничего, кроме мелькнувших в открытой двери двух маленьких теней.

Выбежав в освежающую ночную мглу, мужчина быстро осмотрелся. В голове стучала в висок одна только мысль: «Они заплатят за всё!» В этот миг все несчастья, окружавшие его в последние годы, стали практически осязаемыми.

Он чувствовал, как они ледяными пальцами сковывают его движения, прикасаются к сердцу, заползают в душу. Это были маленькие детские пальчики, и в его силах сейчас было уничтожить их.

Глава 3

Молодая луна заглядывала в маленькое перекошенное окно. Стася приоткрыла один глаз и с укором посмотрела на луну. Именно во время растущей луны она, почему-то, не могла спать.