В паутине пророчества

Бумага резко вспыхнула и в одну секунду превратилась в золу. Угримов и Болотов оторопело сидели в креслах и смотрели на то место, где только что лежал необычный документ.

– Чт-т-то это было? – заикаясь, спросил Болотов.

Угримов очнулся, затушил папиросу и посмотрел на Болотова.

– Я…я не знаю. Чертовщина какая-то…

Он встал, сделал несколько шагов вдоль стола, как будто искал объяснение тому, что только что произошло у него на глазах. Ничего не найдя, он подошел к креслу, пододвинул его ближе к бледному, трясущемуся мелкой дрожью Болотову, сел, огляделся по сторонам, и тихо спросил:

– Что было написано на этом листке?

Тот сглотнул слюну, тоже торопливо огляделся, как будто кто-то мог подслушать их разговор, и прошептал:

– Такой экспертизы я еще никогда не встречал… Вы уверены, что она подлинная? Ваши эксперты не могли ошибиться?

– Исключено, – отрезал Угримов.

 – Не тяните, говорите, что вы прочитали, ну, же!

Болотов пододвинулся еще ближе, так что его лицо чуть-чуть не касалось лица начальника полиции.

– Хорошо. Там было написано, что Ольховского убил огромный заряд электрического тока, похожий на шаровую молнию… При этом никаких повреждений автомобиля нет, кроме небольшой дыры в лобовом стекле.

Болотов замолчал, переводя дыхание.

– Да, это не совсем обычная история, но может на машину упал электрический провод, что объясняет дыру в стекле, – высказал свое мнение Угримов.

– Вы не дослушали, Владимир Иванович, – слегка обиделся Блюмс. – Во-первых, дыра была с оплавленными краями, словно через нее прошла молния, а во-вторых, эта дыра находилась напротив пассажирского сидения, а Ольховский сидел за рулем.

Именно там, на водительском сидении и нашли пепел и несколько фрагментов обугленных костей – все, что осталось от Эдуарда.

– То есть, вы хотите сказать, что электрический разряд прошел через стекло и… повернул в сторону водителя?!

– Именно так сказано в экспертизе, – подтвердил Болотов.

– Вы уверены? – переспросил Угримов.

– Конечно, уверен.

Если бы вы были аккуратнее и не курили над столь ценными документами, то тоже бы убедились в этом, а не ставили бы сейчас под сомнение мои умственные способности! – Болотов демонстративно отвернулся от Угримова.

– Ну, что вы, я совершенно не собирался вас обидеть, – засуетился Угримов, – поймите и вы меня. Я достаточно долго служу в полиции и всякое повидал при расследовании преступлений. Но такое я вижу впервые. Поэтому должен быть полностью уверен в ваших словах.