Сон жены рыбака

Чьи-то руки ласкали член и яички, эрекция вскоре возобновилась, я уложил Марию на стол и, задрав подол её шикарного платья, проводил головкой вдоль промежности, временами погружаясь вглубь. Аннушка, обнимая сзади, возбуждала и направляла мой конец, а я, запустив руки под подол, настойчиво пытался добраться до Машиной талии. И вот мои пальцы погрузились во влажную скользкую плоть, я нащупал клиторы и начал легонько теребить их, в то же время продвигая внутри отвердевший орган. Я не спешил, успев получить долгожданный оргазм, и ощутил приближение второго извержения не ранее, чем через полчаса непрерывных фрикций, когда и Маша давно была вполне разгорячена и готова разделить со мной это удовольствие.

В течение всего процесса Аня за спиной обнимала, целовала и с интересом из-за моего плеча наблюдала за происходящим.

—Анечка… Помоги… О, не надо… Я так кончу… Нет, не мне… Погладь её…

—Я не могу… Так нельзя… – скорее для порядка стыдливо отбивалась Анюта.

—Чего это?! Брось! Давай… Пальчиком… Умница…

Мария, ощутив ласку третьего клитора, приподнялась и блестящими глазками смотрела на пальчик, ловко орудующий между ног.

—Сашенька… Анечка… Ох… Очень… Да… – она змееобразно извивалась спиной по столу, – Ещё!.. Ой!.. Да!.. М-м-м-м!.. Пустите… – она снова попробовала подняться, но мягкое нажатие с легкостью уложило её обратно.

Спустя две-три минуты Машенька перестала упираться, уступив нашим напористым движениям, и с томными стонами кончила у нас в руках.

* * *

С тех пор Маша переселилась к нам. Я как-то пожаловался, что двадцать две – это слишком много для меня, монопенисуального калеки, и что с ними двумя мне нужен хотя бы один дополнительный фаллос, и Мария как бы между прочим сообщила, что у неё есть то, что нужно. Мы всё старались выдумать позу, в которой можно худо-бедно удовлетворить одновременно двух тентаклиц. Изрядно намучившись, мне прикрепили страпон на правое бедро, чтобы можно было проникнуть разом в обеих.

В тот раз, догола раздев, я уложил их на бок лицом друг к другу, встал на колени у них в ногах и гладил их попки, промежности и талии, уговаривая помочь хоть немного. Но, если бы не Мария, ничего бы не вышло.

—Девочки, ну посудите сами: двадцать две вагины, мне трудно, а у вас же руки, губы, помогите, а?..

—Саш, так нельзя…

—Да ну вас с вашим пуританством!

—А я делала…

—Что???

Вместо ответа Маша обняла Анечку и положила на себя её ляжку.