Вошь на гребешке

Рука травницы, очарованной ложными посулами, беспрепятственно дотянулась до огнива, приняла его в ладонь. Черные камни, перевитые алым стеблем жароцвета, показались ей похожими на воск, податливыми и пластичными…

Миг – весь замок Файен сделался тих, замерли деревья его обширных земель, вздрогнули псахи, насторожились люди, затрепетала и сникла трава. Бэл отчетливо прорицал этот краткий и безмерный миг отклика, заново постигал движения тела и души Ружаны, все полнее с каждым движением буга. Зверь подбирался к добыче, а человек на его спине нащупывал тропку в истине произошедшего в каминном зале.

Смежив веки, Бэл-прорицатель узрел, как пламя Файена расцвело злой синевой, загудело, цепко обхватило повинную руку травницы. Север не встал на якоря, не принял права на власть со стороны существа, ничтожного для бремени и чести быть хозяйкой. Живое пламя вцепилось в добычу, причиняя боль, но пока что не сжигая дотла… Тэра Ариана дышала и боролась, её первый ученик брел в явь из небытия, замок ощущал это – и ждал, не допуская разрушения своих стен или ущерба людям, лесу и его тварям.

– Ружана! – негромко позвал Бэл.

Прорицание отодвинулось, отпустило человека в явь. Бэл расслабил руку на шкуре буга, погладил шипастый загривок.

– Старый порядок жив, Ружана, понимаешь? Сними перстень, огниво не вещь, чтобы принадлежать. Я говорил тебе однажды: еще вопрос, кто кого выбирает – дайм[78 - Принятое полное титулование хозяина замка. Существенно оно тем, что дайм – прямой держатель огнива.

Семья дайма или дамы в обиходе могут называться тоже хозяевами или детьми хозяина. Но не даймами.] замок или замок – дайма. Отдай огниво и повинись. Ты все еще ученица Тэры, значит, ты под её защитой. С любыми своими ошибками.

– Не хочу сгореть, – Ружана смаргивала слезы и не разжимала пальцев. – Оно держит. Оно уже всё решило. Почему так? Я лишь исполнила волю королевы, я никого не предала! Зенит превыше любого иного луча.

– Это слова. Ты знаешь, что вес их ничтожен, – Бэл удивился детским отговоркам и продолжил мягко, словно говорил с ребенком: – Сердце и серебро – вот высшие мерила, а зенит… он тоже слово.

Тем более для тебя. Ружана, нельзя избежать последствий того, что ты создала, отравив нож и сорвав перстень с руки Тэры. Не сопротивляйся. Обещаю, худшее не состоится. Светл тебя не предаст, ему безразличны все твои ошибки. Я не держу на тебя зла. Тэра никогда не была склонна к мести. Ты останешься человеком.