Редкий цветок

– А не поздновато для ресторана?

– От, блин, точно! Ничего, сбейте меня, сам сесть не могу! Я знаю тут недалеко один ночной клуб! Подуркуем от души – заставим Москву содрогнуться как обычно, да, Голуб? – верховодит Яря организацией, весело хохоча. – Кирилл, ты за рулем! – кидает он тому ключи.

Кирилл на лету ловит.

– За самую красивую пару, которую я когда-либо встречал, ну или скорее сотворял! – провозглашает тост Рыжий.

Мы пьем шампанское за столиком небольшого ночного клуба «Мерлин». Кирилл делает глоток и ставит бокал.

– До дна! – возмущается Яря. – За вас ведь пьем!

– Да? А кто вас потом домой отвезет?

– На такси поедем.

– Это вполне в твоем стиле – бросить машину посреди Москвы.

– По фиг! Гуляем! Я так за вас счастлив!

– Скажи лучше – горд собой, – вставляю я.

– Ну это само собой, разумеется, – разводит он руками.

Людей в клубе почти нет. Несколько пар за столиками и человек десять танцуют.

– Пошли танцевать! Подуркуем, как обычно? Врежем рок в этой дыре, детка? – подскакивает Рыжий, подмигивая мне.

Я оглядываюсь на Кирилла.

– Он не может. Он вчера на работе получил производственную травму! – отвечает за него Яря.

Вопросительно смотрю на Кирилла.

– Да просто связки немного растянул, – переводит тот. – Теперь, видимо, моя очередь, – смеется он. – Ты иди, я здесь посижу, полюбуюсь на вас.

– Не скучай, – целую я его и иду за Рыжим.

– Ну рассказывай, – нетерпеливо начинает он, обнимая меня за талию.

– Что? – канаю я под дурочку и кладу ему руки на плечи.

– Все рассказывай! Как он тебе сказал…

– По-моему, здесь неподходящее место для такого разговора, – прерываю я его.

– Почему? Медленная музыка, полумрак…

– И лишние уши, – добавляю я.

– Хорошо, – сдается он, – как-нибудь дома расскажешь в подробностях, – шепчет мне он на ухо заговорщически.

– Слушай, а может без обнимулек?

– Чего?

– Просто не уверена пока, как Кирилл к этому отнесется.

– И это вызывает ваши опасения, мадемуазель?

– А не должно? За тебя вообще-то волнуюсь.

– В смысле?

– А не то, гляди, поймает – пополам переломает, – хихикаю я.

– Не смеши меня! Это после всего, что Я для него сделал? – хмыкает Рыжий.

– Ну ты наглый.

– А тебе, я смотрю, хотелось бы, че ли? – приподнимает он бровь, удивленно глядя на меня. – Ну ты, блин, кровожадный и беспощадный, мой злой разбойник Бармалей? – принимается он закручивать меня и, подхватив, прижимает к себе.