Мир в подарок

Через пару лет я и сам не прочь, если цену завышать не станете, уважаемый Харим. К тому времени как раз немного пообломаете. Южная кровь, хороший товар. Вот разве смотрит зло, неприветливо.

– Зло смотрит? Тупые и строптивые, ваша правда, хуже баранов. Мерзавка ведь почему вывернулась и так далеко убежала? – он крепко пнул в бок запоротого мужчину, чьи руки были толстыми ремнями прикреплены к специальным кольцам на пыточном месте. – Этот кусок дерьма клиента в дверях задержал. Ничего, выбью… Эй, шваль, иди-ка сюда.

Шагнул нам навстречу, постукивая кнутом по бедру. Мельком отметив мой убогий, не обещающий платежеспособности, вид, обратил все внимание на маленькую рабыню, разом еще глубже вжавшую голову в плечи. Завтра он ей подробно объяснит, как бегать со двора, с тоской подумала я. Ошиблась. Хозяин задумчиво глянул на кнут, явно уже испробованный на узенькой спине моей илла, чуть усмехнулся, коротко свистнул, и из дверей показался еще один раб, образцово-услужливо склонившийся перед хозяином.

Чуть помолчал, вдавливая девчонку в землю взглядом. Упади она в ноги – может, и пощадит, подумалось мне. Покорности ждет. Илла упорно стояла, даже рук не подняла запахнуть рваную рубаху.

– Ямин, сейчас же отведи дрянь в квартал храмовников, пусть достойные слуги жрецов от души развлекутся. На неделю, если она протянет столько. Потом пусть забирают нищие, им завсегда калеки нужны, – он выговаривал страшные слова медленно и внятно. Потом всем корпусом обернулся к девочке, ткнул ей кнутом под горло, в свежий синяк, и тут же метко наступил сапогом на дернувшееся запястье избитого раба, с хрустом вминая каблуком пальцы в щебень, и рявкнул: – А этого на короткую цепь!

– Да, хозяин, – угодливо закивал Ямин и не тронулся с места.

Он знал, что это лишь крик. Попугают непослушную девку – и отошлют назад, в общий зал.

– Эй, шваль, я и простить могу, если толком услужишь моему почетному гостю, – лениво усмехнулся хозяин, выдержав паузу. Ткнул кнутом в затихшего на земле раба.

 – И тебя, и этого. Правда, ты девка здоровая, что тебе? Глядишь, и не сдохнешь за неделю, если повезет. Зато будь уверена: его я сегодня, теперь же, сам и запорю, твердо обещаю. Попрощайся напоследок, уже не встретишь тут, как назад приползешь.

Хозяин медленно выпустил из горсти петли кожаного кнута, и они легли у ног девочки. Та всхлипнула и плотнее уткнулась в мой платок. Харим понял по-своему, усмехнулся довольно.