Мир в подарок

Себе опасны, другим нет.

– Еще скажи, что от этого лечат, – насмешливо, скрывая глупую надежду, вскинул голову Римах.

Я чуть пожала плечами и уселась, обхватив руками колени. Я могу его вылечить, но хотелось бы без чудес обойтись. Вот только как, если у него от легких одни клочки остались.

Бадан? Есть в котомке, но уже поздновато, – только для поддержки сгодится. Как и пастушья сумка, толченые гусеницы акри, зеленец кудрявый… Я мысленно перебирала свои запасы, все более расстраиваясь. Сребролист – настоящее чудо, но увы, не для этого случая.

Тут нужно что-то легендарное, вроде свежего жив-корня. Особенно, если его нашептать вдали от любопытных глаз и подкрепить теми травками, что я перечислила раньше. Правда, сначала надо корень найти. Я решительно поднялась и начала распаковывать свои запасы.

Солнышко выглянуло из-за горизонта и с любопытством ощупало лучом разноразмерные берестяные емкости, разбросанные возле кострища. Если честно, жив-корень тоже не даст почти ничего.

Наверняка. Сердце болезненно сжалось.

– Годей, я вас попрошу помочь, вы тут самый внимательный и спокойный сейчас, – я наконец расставила короба с травами как надо. Смуглый скотовод присел напротив, безмятежно глядя мне в глаза.

Надо же, а он действительно успокоился. То есть раньше готов был меня убить, а теперь слушает сосредоточенно и доверительно. Надеется на помощь. Больше того, уверен, что я помогу. Староста ему дороже, чем племяннику? Раз поехал, зная о болезни, наверняка.

И, похоже, меня поначалу сильно опасался… скорее, подозревал. Вот только в чем?

Ой, плохо быть тугодумкой! Смуглый, невысокий, темноглазый, к тому же занимается скотом. Если он не илла хотя бы по одному из родителей, то я урожденная Мейджа и сегодня же выйду за князя Катан-го по большой взаимной любви.

Видимо, безмятежное и непроницаемое выражение на лице мне еще тренировать и тренировать. Пока же эти беспросветные лапотники из глухого села читали меня, как рекламный плакат крупного формата.

Ну как мне в город-то соваться?

– Определить его болезнь с одного взгляда очень сложно. Я бы сказал – невозможно. Для травницы, – Годей заговорил в первый раз с момента встречи и даже слегка улыбнулся. – Значит, нам тебя бояться так же глупо, как тебе нас.

– Дари, ты о чем? – не отстал от старших племянник старосты, хлопая своими длиннющими линялыми ресницами. Он по-прежнему обнимал плечи Римаха, бережно придерживая дядю.