Во тьме веков

Не больше. Прости,– очень убедительно сказал Дин. А глаза кричали о другом.

– Ты…ты…,– я расстроилась и отвернулась. Заплакать не составило труда, и так была на грани истерики. Но это, в моем случае, непозволительная роскошь.

– Ну что же ты? Подруга? Давай поужинаем? У меня есть твои любимые пироженки, – закрутился вокруг меня Дин, пытаясь заглянуть в глаза. Он делал это так умильно, что я, не выдержав, рассмеялась.

" Я люблю тебя, Алиса. Помни об этом", – прозвучало у меня в голове. Мне стало грустно. Но спектакль для одного зрителя  надо было сыграть до конца.

" Ничего, Первый, праздник будет и на моей улице. Ты считаешь себя дирижёром наших судеб? Вот же ты удивишься, когда поймешь, что оркестр разбежался, а ты в пустую машешь палочкой"

С улыбкой посмотрела на Дина. Так и хотелось обнять его и спрятать лицо на надежной груди. Нельзя.

События не заставили себя долго ждать. На следующий же день меня вызвали к Первому. Я еще ни разу не бывала у него, чему была бесконечно рада.

Огромный кабинет был под стать своему хозяину.

Минимум мебели из натуральной древесины. Безумно дорогая в наше время. Наверное, притащил из прошлого. Тяжелая даже на вид, с тонкой искусной резьбой, покрытая темным лаком. Шкаф, стол, несколько стульев с высокими прямыми спинками у стены, кресло хозяина кабинета и кожаный диван. Из натуральной кожи, что запредельно для нашего времени. Никаких картин, цветов и всяких милых мелочей, что делают помещение домом.

Средних лет высокий мужчина, довольно подтянутый, но погрузневший, с квадратным лицом, будто высеченным из камня и неожиданно ярко синими, глубоко посаженными глазами стоял, опираясь  длинными пальцами о столешницу.

 Крупный нос, густые брови и твердый рот с узкими губами. Вот портрет моего кошмара. Он стоял у стола и в упор смотрел на меня.

Я вошла и, слегка кивнув головой, застыла посреди кабинета. Жестом руки мне указали на диван. Я присела на краешек, сдвинув ноги и сложив руки на коленях.

Первый поставил стул напротив меня и уселся, закинув одну ногу на другую, а руки сцепил на колене.

"Защитная поза. Не волнуйся, радость. Ты ему нужна", – я внутренне усмехнулась своим мыслям.

– Я знаю, что ты, как и твой отец, обладаешь даром телепатии. Но тебе так хорошо удается это скрывать, что силу его я не могу вычислить. Однако, это не важно. Если бы я знал, что твой отец обладает этим даром, все бы сложилось по-другому, и он был бы здесь, рядом с нами. – Он усмехнулся.