Клуб «Серебряная пуля»

Она может быть домашней тихой кошечкой, а может быть и разъярённой дикой фурией. Её природа требовала выхода эмоций. Ей нужны были яркие ощущения. И я мог дать ей всё, что она захочет, но тьму, которую она разделила со мной, никуда не деть.

Один шаг навстречу друг к другу, и наш мир рухнет. Мы невольно стали хранителями портала в тёмный мир. Одна ошибка, один неверный шаг – и всё пойдёт прахом. Но как же сложно держать свои чувства в узде. Любить одну женщину и не иметь возможности прикасаться, дарить ласку и тепло своего сердца.

Когда я её сегодня увидел, сдержаться не смог. Меня тянуло к ней. Мы были словно магнитами с разной полярностью, половинками одного целого. Смертельно опасного целого. Что было бы, преступи мы грань? Я готов был к этому шагу, но Лера вовремя остановилась. Моя девочка оказалась гораздо сильнее меня. Для меня это не стало сюрпризом, я знал, что малышка сильная. Но у каждой силы есть свой предел. Она женщина, а значит, как не крути, ранима.

Я слышал её рыдания, её громкие всхлипы за дверью в ванной комнате разрывали мою душу на части. Я был повинен в её слезах, простит ли она меня за это? Не знаю, как смог спуститься в гараж, взять машину и сесть за руль. Мне нужно было уехать как можно дальше и привести мысли в порядок.

Лера наглухо закрылась от меня. Я не слышал её мыслей, и меня это тревожило. Но мне нужно было дать и ей и себе время. Чтобы не сорваться и не причинить ещё большего вреда.

– Прости меня, моя девочка! Прости!

Я гнал по дороге, избегая пробок, а выехав за город, связался с Кириллом.

«Пошли Гончара ко мне в пентхаус, в ванной комнате новая официантка, Валерия. Я её сильно напугал, у девчонки истерика. Пусть Глеб убедится, что с ней всё в порядке. И ещё ей нужна одежда, прежняя пришла в негодность. Обеспечь её всем. Выдели комнату одну из лучших. И что бы ни один волос не упал с её головы. Ты меня понял, Кирилл?»

«Да, босс»

Кирилл мне был полностью предан и душой и телом.

Лера.

Я отгородилась от Кая, чтобы не слышать ни его мыслей, ни его сожалений. Незачем ему просить прощения, я знала, что он меня любит. Виной тому могла быть благодарность о спасении его жизни или захватившая его тьма.