Серебряный. Поиск дорог

И главе Дома Иланди ничего не остается, как убрать главу Дома Пантерри, чтобы тот не срывал планы. Кому же поверит совсем молодой и наивный наследник? Конечно же доброму, старому другу отца, благородному Лауренте Иланди. Если же еще скрепить это доверие узами союза, то мальчишка и вовсе не соскочит. И вместо вечно сомневающегося, сбрыкивающего, очень хлопотного союзника, Дом Иланди получает мягкого, податливого, да и еще и благодарного вассала. Вся власть и сила двух Великих родов сосредотачивается в одних руках.

Лауренте молча выслушал эту пламенную речь, не сводя глаз с сына.

– Ты закончил?

Он не пытался отрицать, переубеждать в обратном, заверять в ошибочных суждениях.

– Спокойной ночи, Великий сэй, – Димостэнис снова поклонился и, не дождавшись от отца ни слова, пошел в свою башню.

Проснулся Дим рано. Открыл глаза, поднялся, дошел до окна, раздвигая плотные занавеси. На горизонте уже появились первые искры серебра, предвестники нового дня. Вышел из своих покоев и по переходу, соединяющему все четыре башни, дошел до владений сестры.

– Малышка, это я, – тихо постучался он, – открой, пожалуйста.

Несколько долгих мен ничего не происходило, потом он увидел, как поворачивается ручка и понял, что его просьба услышана. Он легко толкнул дверь и вошел в комнату.

Элени стояла у окна. Дим остановился. Холодные чужие глаз сестры не дали ему сделать больше ни шага.

– Мы не виделись ар, – он улыбнулся, – и я здесь уже целую ночь, а еще ни разу не услышал, как ты по мне соскучилась.

Девушка судорожно вздохнула. Выдохнула. И бросилась ему на шею.

Димостэнис обнял сестру, чувствуя, что ее тело уже начинает вздрагивать от рыданий, пока еще прятавшихся внутри нее.

– Пойдем, – он взял ее за руку и потащил из комнаты.

– Куда?

Он не ответил. Они бегом спустились по лестнице, пересекли огромный холл, выскочили на улицу. Дим остановился, вдыхая утреннюю прохладу полной грудью. Огляделся. Крыша дома уже начала сверкать серебром, сталкиваясь с первыми лучами Таллы, то тут – то там вспыхивали новые блики, перепрыгивали с башни на башню, заглядывали в окна.

Элени счастливо засмеялась, забыв о своих горестях.

Димостэнис схватил сестру за руку, и они побежали по безлюдному саду. С каждым мгновением день все больше отыгрывал у ночи ее владения.