Убийство вслепую, или Обитель Душ

Сына похоронил в 2001 году и начал вплотную заниматься поисками, заранее оформив завещание, в котором все свое состояние завещает прямым потомкам брата, Кудлай Иммануила Марковича. Естественно, основные условия завещания я смогу огласить только в присутствии наследников. Конечно, завещание написано более подробно и профессионально. Это его краткий смысл. Не буду вдаваться в родственные хитросплетения, скажу только, что Алексей Волгин и Ядя Богачевская и есть прямые наследники Кудлай Остапа Остаповича.

Адвокат замолчал.

Слава тоже. Минута молчания продолжалась недолго.

Ее прервал сам Жанн.

– Я месяц назад приехал в Россию и оповестил Алексея о своем приезде. О наследстве он узнал здесь, а именно сидя на вашем месте, вот в этом самом кресле. Я не смог оповестить Ядю. Она с мужем была за границей. Разговаривая с Алексеем, я не называл размеры наследства, так как не имею на это права. Мы договорились с Алексеем, что дождемся приезда Яди и я оглашу завещание в присутствии представителей соответствующих органов.

Как требуют того ваши и наши законы.

– Когда вы в последний раз виделись с Алексеем Волгиным?

– Как раз и хотел вам сказать, что это была не совсем встреча. Неделю назад он позвонил и молил о помощи. Я так и понял. О какой-то жизни и смерти. Попросил срочно приехать по его домашнему адресу. Мой друг, кстати, хороший русский адвокат, дал мне на время свою машину, и я поехал. Только у него дома я догадался, что он от меня хочет. Алексей настойчиво предлагал выпить с ним водки и поговорить.

Водку я не пью. Только сухое вино, и то не с клиентами. Так что сразу перешли к разговору. Он поначалу мялся и намекал на какие-то проценты. А потом прямо сказал, чего хочет. В моей практике такое предложение впервые, господин Слава.

– Какое такое?

– Он предложил изменить завещание. А так как их благодетель стар и скоро умрет, то никто ничего не узнает. Он тихо выедет за границу, и там я получу свои проценты. А Яде и так на жизнь хватает.

Размер процентов я боюсь вам называть. Мне такую сумму денег не платили никогда!

– Ну а вы?

– Молодой человек. Будь вы постарше, ваш вопрос я счел бы за оскорбление.

– Ради бога, простите, господин Жанн. И все же!

– Я – хороший адвокат. Богатые люди свои завещания пройдохам не доверяют.

А я свою репутацию много лет зарабатывал. Она дороже денег. Я отказался, молодой человек, отказался и сказал, что встретимся с ним только при оглашении завещания.