Жизнь людей глазами животных. Дачные истории

– Уже пять минут… – громко, чтобы подружка услышала, повторила Нюшка.

– Что пять минут? – переспросила та.

– Ничего, – таинственно ответила Нюшка, продолжая браво вышагивать по направлению к домику. – Ничего.

– Нет уж, скажи.

Шушка забыла, что умирает, вскочила и побежала вслед за ней. Она капризно топала лапками, покусывала поросенка за ляжки и демонстративно жалобно повизгивала. Нюшка делала вид, что не замечает.

– Хорошо. Скажу, – Нюшка решительно развернулась, помяв попкой маленький беленький цветочек.

 – Вспомни: когда хозяйка накрасила тебе ногти не тем цветом, которым ты хотела, ты тоже умирала.

– Конечно. Она выбрала сиреневый лак, – стала оправдываться Шушка. – Какой позор! Он совсем не подходил к моему благородному красному окрасу.

И Шушка, как истинная красавица, скромно выставила свои холеные лапки напоказ всему миру и на свое любование.

– Посмотри. Посмотри, как вульгарно! Я не умерла лишь потому, что мы уезжали в эту глухомань, где истинную красоту способен оценить не каждый… – она осмотрелась по сторонам и добавила: – Практически никто…

– Ладно, – согласилась Нюшка, внимательно рассмотрев ее ногти.

 – Может, ты и права, было от чего умереть, но…

– Что?.. – не расслышала Шушка.

Нюша, не давая ей опомниться от услышанного, продолжала:

– Вспомни еще один случай. До ногтей. Тебе купили на рынке домашнюю, дорогую-дорогую сметанку… – и Нюшка от сладких воспоминаний чуть не проглотила собственный язык. – А ты отказалась ее кушать и снова кинулась умирать.

– Да меня чуть не отравили! Я еле спаслась. Ты хоть знаешь, сколько в ней холестерина?

– Чего? – не расслышала Нюшка.

– Калорий! – добавила Шушка.

– Чего? Чего? – снова не дослышала Нюшка.

– Да так, долго объяснять… Это то, чего не видно. Но когда того, чего не видно, много, оно убивает.

Шушка застыла и задумалась. По ее глазам было видно, что и она сама ничего не поняла из того, что сказала.

– Сметана убивает? Ну знаешь… От твоих слов я и сама скоро умирать начну, – и Нюшка недоверчиво покачала головой.

 – Ой-ой. Тревожно мне за тебя, подруга. Сметана… Лак… А теперь еще и аллергия… Ты с каждым разом умираешь на пять минут дольше. Если не бросишь умирать, времени на жизнь и вовсе не останется.

Шушка обиженно наклонила голову и надула губки.

– Я такая ранимая. У меня такая тонкая, хрупкая душевная организация, – заскулила она, нежно облизывая поросенку пятачок.

– Что у тебя тонкое и хрупкое? – переспросила Нюшка.