717 717. Завтра

Они впивались в меня всё сильней и сильней, было больно и сладостно одновременно, тем более, когда Николай Викторович вместе с этим стал покусывать уже набухшие соски. Я невольно запустила свои руки в его шевелюру, и стон удовольствия предательски вырвался из меня, приведя в восторг свёкра.

– Я люблю тебя, Катя! – шептал Николай Викторович.

Свёкор мял мои оголённые ягодицы под штанами и придвигал к себе вплотную, перемещаясь губами ко второй груди. Потом он вновь прильнул к моим губам, и в этот раз я ответила ему на поцелуи, страстные, безумные, жаркие.

«Остановись, Катя!» – пульсировало у меня в голове, но губы не слушались, а реки желания уже наполнили моё нижнее бельё. Добравшись до истока глубоководной, пальцы левой руки свёкра вволю купались и захлёбывались от удовольствия, пальцы правой руки стремительно поднялись вверх по спине и мастерски расстегнули бюстгальтер. Вместе с этим щелчком наконец-то и у меня в голове щёлкнул сигнал «стоп». Я открыла глаза и выпрямилась, снова введя темпераментного родственника в ступор.

– Я сделал что-то не так? – растерянно спросил он.

– Мы всё делаем не так. Так нельзя! – с мольбой в голосе прошептала я.

– Я люблю тебя, – проникая в мои глаза своим взглядом, прохрипел свёкор.

Невыносимая какая-то ситуация, очень сложная и противоречивая. Я уже не знаю, чего хочу, где правда, в чём истина. Я запуталась, и мне очень надо разобраться в себе. Соскальзываю со стола, застёгивая кофту, становлюсь напротив свёкра, смотрю на него и шепчу:

– Мы совершим ошибку, за которую потом будет очень стыдно.

Быстро отворачиваюсь от глаз Николая Викторовича, полных отчаянья, и иду к двери. Вдруг его голос уверенно разрезает тишину, и я останавливаюсь, выслушивая речь спиной:

– За любовь не может быть стыдно… никогда!

Как же бьётся сердце! Делаю несколько шагов вперёд и захлопываю за собой дверь. Достаточно на сегодня приключений. Я иду к тебе, муж мой!

2

Прошло две недели. За это время я, как могла, игнорировала свёкра, он, как ни старался,

так и не смог найти со мной встречи наедине, Руслан, как всегда, навёрстывал упущенное

в постели, свекровь, как ни странно, пересмотрела своё строгое меню в пользу моего

«пожирней и послаще», бабушка, как обычно, ваяла свои картины в мастерской, Кирилл

(брат-близнец Руслана), как и положено, находился на учёбе за границей, а Яна (сестра

Руслана семи лет), как и предполагалось, училась читать и считать перед походом в

первый класс.