Васина сказка

Чёлка плыла на полголовы выше других и иногда отлетала в сторону небрежным движением тонких пальцев. У меня была уникальная способность видеть проплывающую чёлку везде и всюду. В этот момент глаза словно съезжали набок, и я, подобно кролику, охватывала зрением пространство на 180 градусов. Хоть одна суперспособность.

У чёлки был хозяин. Который, кстати, так её оберегал, что иногда, мне казалось, будто хвост вертит собакой… Знаете, эти милые издевательские шуточки в адрес предмета воздыханий, которые снижают серьёзность и гасят значимость чувств.

Собственно, именно из-за Влада я тут и оказалась. Мы познакомились на домашней вечеринке у общих знакомых. Ну, познакомились – это, конечно, громко сказано. Скорее, я его там увидела. Он был спокоен, расслаблен, загадочен и столько раз произнёс «диджитал», что я не смогла удержаться.

Наверное, только у Симы могли встретиться такие непохожие люди. Дизайнер из суперсовременного холдинга по продаже телефонов, пылесосов и таких крошечных электронных штук для всего на свете, что и представить трудно, – и библиотекарь районной детской библиотеки. У Симы вообще могло быть всё что угодно. Сима – человек мира. Ворлд мьюзик, фьюжн, шёлковая солнцеклёш в пол и сигарета-биди из благовоний в зубах. А на следующий день – юбка-карандаш, накрахмаленная блузка, вишнёвая помада.

Сима живёт в мансарде старого дома в переулках Китай-города и время от времени устраивает у себя таких же широких взглядов, как она сама, вечеринки. Тогда под потолком вращается зеркальный шар, найденный хозяйкой, как и большинство предметов интерьера, на блошином рынке. В бокалах для мартини маслится водка, шампанское подаётся в бумажных стаканах, а в рюмках переливаются бензиновыми пятнами диковинные коктейли.

Парень, на две трети лица завешенный чёлкой, скрючился в фиолетовом кресле-груше, лишь иногда вспархивали в отсвете ночника длинные бледные пальцы. Из динамиков заструился нежно-ритмичный трек Emancipator Anthem, и градус загадочности и сказочности всего вокруг ощутимо подпрыгнул. По хозяину чёлки, высвечивая нос и губы, скользили клочки света от зеркального шара, а за окном в том же темпе кружился снег.