Знаменатель

– Замороженный! – вмешался и Никита.

– Отмороженный, – не выдержала я.

– Да просто странный, – поправил всех Данька.

Штефан же ответил, после того как все желающие высказались:

– Целеустремленный.

Это заявление все восприняли как незаслуженный комплимент себе, любимому. А я задумалась. Очень просто дать кому-то определение – то, что для тебя в этом человеке лежит на поверхности. Но самого себя описать одним словом невозможно. Зная себя изнутри, из тысячи граней человек вряд ли способен выбрать первостепенную.

Но у Штефана, кажется, этот вопрос имел однозначный ответ.

Когда мы уже собирались уходить, то обнаружили Штефана на кухне в компании Ольги. Они вели какой-то тихий разговор, но замолчали сразу при нашем появлении, а девушка при этом заметно смутилась. Штефан зачем-то предложил нам остаться на ночевку. Мы отказались, попрощались и наконец-то вышли на свежий воздух.

Открывая дверцу такси, я замерла.

– Дань, а тебе не показалось, что Оля собирается там остаться? Никита с Катей тоже уже одевались, остальные разошлись…

– Возможно, – Данька пожал плечами, но тоже задумался.

 – У нее же парень есть?

Это была правда, наша Ольга встречалась с одним мутным типом с машиностроительного факультета. И не слыла легкомысленной девицей. Но если вдруг симпатия к другому нагрянула так неожиданно, то кто возьмется прогнозировать последствия? Я не собиралась выступать в роли полиции нравов, мысли путало другое сомнение:

– А если он действительно маньяк? – я даже не подумала о том, что это может прозвучать глупо.

Шутки шутками, но дверной проем кто-то обрушил.

Даня рефлекторно посмотрел на окно. Потом снова повернулся ко мне и нахмурился:

– Это будет выглядеть не очень красиво, но мы можем вернуться. Посидим там еще, а потом уедем втроем. Или останемся на ночь, если она там собралась ночевать… Лучше уж так, чем узнать потом, что с ней что-то случилось.

В этой дилемме был только один правильный вариант. Та часть меня, что была унаследована от Чон Со, вопила: «Вернись! И дай им в рожу – и изменнице, и мерзкому хмырю! И Никите с Катей, пока они не ушли, за компанию!» Голос Лии звучал тише, но настолько же уверенно: «Успокойся.

У ребят там, может быть, любовь намечается. А у тебя прогрессирующая мания преследования. Позволь им быть такими, какие они есть, не суди и не оценивай. Ну… при условии, что сама не ревнуешь».

Это последнее и запустило логику на полную катушку.