Полоса невезения пахнет весной

Так и что должна была ощущать невинная скромная девчонка после такой эмоциональной атаки?

Однако сейчас была ее очередь заинтересоваться:

– Слушай, Захар, ты как будто расстроился.

– Да нет, – он скривился. – Мне твои розовые сопли без надобности. Но настроение поднималось, когда ты мне чесала самолюбие своими слащавыми признаниями. Теперь даже не знаю, об кого еще почесаться. А мое настроение – это такая штука, от которой зависит настроение всех окружающих…

– Что и требовалось доказать, – она поставила последнюю точку.

– Да на хрен ты мне сдалась – с тобой общаться, – Базука, как обычно, напоследок ошарашил дипломатичностью и пошагал к Короленко.

Вера вздохнула. А вообще-то жаль, что он такой, ведь все еще продолжает нравиться, хоть и в разумных пределах. Вот бы можно было переделать человека – взять то же мясо и набор костей, но пересобрать иначе. Эта странная мысль, как она кровавым ножом пересобирает Базуку, а потом делает его в точности таким же, Веру не успела напугать – просто наконец-то пришли ее друзья.

– Я на работу сейчас, – Андрей спешил попрощаться. – Звоните, если что. Захар, мы с тобой вечером увидимся.

– Да, дорогой, буду ждать тебя в фартуке и с ужином наперевес, – скривился Базука. – Сегодня пятница. Может, хоть в клуб сгоняем?

– Гоняй, – разрешил ему сожитель. – А я лучше высплюсь.

– Ну тогда я тоже лучше высплюсь, – смирился Бойков.

Это на самом деле было забавно: что эти двое каким-то образом уживаются в одной квартире. И вроде бы обходятся без взаимного мордобития. Наверное, спасаются тем, что почти не разговаривают.

– А мы ко мне, – ответил за всех шахматистов Женька. – Курсовую будем писать.

– Вы и курсовые втроем пишете?! – ужаснулся Захар. – Темы же разные!

– Темы разные, а структура одна! – вмешался Ник. – Хотя откуда тебе знать о структуре курсовой, выпускник?

Но Базука уже сделал все выводы:

– Я с вас фигею, реально.

До этого они еще хотели попросить, чтобы подвез на машине до дома, но после сразу передумали. Лучше прогуляться, чем продолжать слушать его издевательства. Там и распрощались.

Но за курсовую уселся только Женька – накидывать план введения на всех.