Отрава Их Величества

Обсуждать при постороннем свои дела или переживания не хотелось. Да и отсутствие воды сказывалось – во рту уже и без того пересохло, на болтовню сил не находилось. К ним так никто и не заходил – заглядывали только иногда в окно, проверяли, но больше ничего не делали. Наверное, стоило радоваться хотя бы этому.

Но к вечеру все же зашел молчаливый охранник. Внимательно на всех посмотрел, подергал цепи Лю, а потом подошел к кровопийце и воткнул ему стрелу в основание шеи. Кристофер при этом не произнес ни звука, только глаза на пару мгновений закрыл.

– Доброй ночи, гости дорогие, – сказал охранник напоследок, а потом вышел и запер дверь.

Едва стемнело, Лю улегся на бок и почти сразу уснул. Восходящая ночная звезда давала совсем мало света – кровопийцу разглядеть теперь было невозможно. Отрава видела только, что он сидит в той же позе. Она же никак не могла задремать: стянутые запястья ныли невыносимо, хотелось пить и есть. Но Отрава глупо думала только о том, как будет справлять нужду, ведь рано или поздно терпеть не сможет.

Она вздрогнула, почувствовав движение на отекших руках. Потом, замерев, ощутила, как веревка дернулась, причинив невыносимую боль опухшей коже.

– Возвращенка, – позвал кровопийца из темноты. – Почему твое сердце вдруг заколотилось? Что случилось?

Отрава, вместо ответа, подняла освободившиеся от пут руки и принялась растирать затекшие запястья, сама еще не понимая, что произошло.

– Ха. Вот это сюрприз. Почему же вы сразу не сказали, что привели с собой кудесника?

Точно, это Нанья! Она не бросила их! Она жива! И сейчас, наверное, вся трясется от ужаса, прошептав заклинание. Она должна быть где-то неподалеку, но вряд ли сможет в одиночку справиться со всеми разбойниками или заклинанием разбить железные кандалы Лю.

– И вот теперь у тебя есть выбор, возвращенка. Если я буду сыт, то смогу освободиться, и твоего дружка спасу – их цепи не рассчитаны на кровопийц. Обещаю, что постараюсь тебя не убить.

Он говорил очень тихо, поэтому Лю не проснулся – на восходе ночной звезды перевертыши обычно крепко спят, да еще и раны с изнеможением сказались. Отрава смотрела на него совсем недолго.