Отрава Их Величества

Да и живут, очевидно, куда лучше, чем крестьяне в дальних поселеньях под гнетом сборщиков и торговцев. Поразительные создания эти кровопийцы. Почему же тогда учителя-кудесники так мало о них рассказывают?

– Так мы не станем их сына искать? – уточнила она.

Лю посмотрел на нее с изумлением:

– Зачем? Узнаю, конечно, у стражи подробности, раз обещал. Но мир только выиграет, если одним кровопийцей станет меньше!

Нанья выбежала навстречу и уж слишком заметно тряслась. То ли за них так переживала, то ли оттого, что дальше ей придется одной идти.

От радости набросилась на них, ухватила за шеи и прижала к себе:

– Вернулись, мои родненькие, вернулись! В следующий раз с вами пойду, хоть к кровопийцам!

Ее искренний восторг не до конца объяснял, какой же из вариантов верный.

Лю, вырвавшись из объятий, сразу принялся продумывать следующие действия:

– Нам теперь в Серебряное Облако надо. Завтра к вечеру должны успеть. И запасы хлеба хрякнуты, – он укоризненно глянул на Нанью, которая и не думала стесняться своего аппетита.

В Серебряном Облаке они намеревались задержаться на пару дней и, возможно, оставить Нанью там – пусть ждет торгового каравана. Лю предупредил Отраву, что им такой способ путешествия не подходит: караванщики обязаны в каждом городе отчитываться о своих пассажирах и для других их имена будут открыты, что для тайности миссии будет лишним. Осталось только придумать, как объяснить это Нанье. Та пребывала в твердой уверенности, что Лю везет в Столицу свою невесту – сразу так предположила, а они оба поддакнули, чтобы больше вопросов не возникало.

Правда, от комментариев это не избавляло:

– Я все равно понять не могу – вот вы уже решили жениться, все определено, так почему ж друг друга сторонитесь? Какая уж теперь разница, когда вы друг друга на вкус оцените?

– Ты, Нанья, всех по себе не равняй! – улыбался ей Лю. – Отрава выросла в уважаемой семье, а я ее еще родителям не представил…

– И что, если родители не оценят, назад отправишь? – изумлялась она.

 – А вот если ты ее к матушке уже со внучком в пузе доставишь, то уж оценят – никуда не денутся! Отравка у нас скромница – таких за версту видно, с такими надо чутка понапористей быть. А то она у тебя до седин нецелованная проходит! Без обид, ядовитая моя, говорю как есть! Даже с дружеским советом, ежели угодно.

Нанья звонко хохотала, а Отрава отстала от них на шаг, чтобы красных щек ее не видели. Было неловко от таких разговоров.