Экзамен по социализации

 – Теперь мы можем нормально поболтать! А то я давно хотела расспросить, что же с тобой такого страшного случилось, что ты такой мразью вырос? Групповое изнасилование в младенчестве или банальное чувство неполноценности из-за маленького члена? Давай же, не томи.

Костя драматично закатил глаза к потолку.

– «Ко-ко-ко» в переводе на человеческий язык. Психологический портрет сочинила, мартышка? Я точно расслышал кукареканье про чувство неполноценности от сучки, стоявшей передо мной на коленях?

Мира неожиданно соизволила вмешаться, не дав мне произнести нелитературный ответ:

– Слушай, Костя, а на самом деле, что не так?

– В смысле? – вопрос сбил его с мысли.

– Если серьезно, то уже любому бы надоело. Даже одноклассники-то издеваются будто по привычке, без задорного огонька. Насколько я поняла, пыл уже у всех на нет сошел. И только ты не унимаешься.

Белов расслабленно улыбался, подперев рукой подбородок:

– И как ты себе это объясняешь, красавица? Таки групповым изнасилованием в младенчестве?

Мира серьезно всматривалась в его глаза, будто на самом деле искала ответ:

– Не исключаю.

Но не таится ли за этой ненавистью что-то еще? Какая-нибудь скрытая страсть, например? Может, ты влюбился в Дашу, но пока не знаешь, как свернуть с выбранной траектории?

Белов заметным усилием воли заставил себя состроить серьезное выражение лица и обратился ко мне:

– Точно! Николаева, выходи за меня замуж!

– Я себе скорее руку по локоть отгрызу, – честно ответила я.

– Что, не нравлюсь? – он прищурился, продолжая игру.

На самом деле действительно не нравился. Никогда. Я из тех людей, что видят глубже внешней оболочки. Меня не интересуют ни его рост, ни цвет глаз, ни подвешенный язык, если внутри он сплошное дерьмо. Конечно, весь этот диалог был шуткой, но я попыталась ответить искренне:

– Знаешь, Белов… Если я когда-нибудь хотя бы на долю секунды увижу в тебе человека, то смело вызывай санитаров из психушки. Стокгольмский синдром – это не про меня. Я ненавижу тебя… до отчаянья.

Представляешь, я иногда радуюсь, что слабее тебя! Потому что если бы я только могла сломать тебе руку или ногу… просто если бы физически это могла, то я точно бы не остановилась. Даже если бы этим создала себе серьезные проблемы, понимаешь?

– Могу научить, – неожиданно обозначил свое присутствие за столом Макс, при этом не удосужившись оторвать взгляд от официантки. – Это не так уж и сложно.

Белов же ухмылялся:

– Жаль, что не нравлюсь.